Двойная тайна для босса

Бывший ничего не успевает ответить, потому что я тут же покашливаю в попытке прочистить горло.

- Простите, но Дмитрий Анатольевич - мой новый начальник, а я журналист, и я пришла сюда, чтобы узнать…

А что узнать-то? Я ведь даже не в курсе, как девушка оказалась в реанимации.

- Ещё журналистов мне не хватало. Ты совсем одурел, Вересов? – рычит мужчина и хватает Дмитрия за грудки, а я вздрагиваю.

Ой-й…

Кажется, зря я это сболтнула.

- Вы простите, но это не касается невесты Дмитрия Анатольевича. Это другое дело, связанное с этой больницей. Думаю, мне пора.

Вересов скидывает руки мужчины с себя и зло смотрит на него.

Он хватает меня за руку, заставляя остановиться, хотя я уж думала, что смогу тихонечко исправить свою ошибку и уехать домой.

- Это не ваше дело, с кем я пришёл сюда и зачем. Ваша дочурка решила свесить на меня аварию? Не получится. Вчера я всё предельно ясно объяснил ей, - рычит Вересов. – И сюда я пришёл не для того, чтобы ругаться.

- Тогда катись отсюда. Тебе нечего делать тут. Вчера ты всё предельно ясно объяснил моей дочери, Дмитрий. Даша приехала домой в слезах. Нам пришлось вызывать ей врача.

И знаешь что? Она беременна от тебя. Была, судя по всему.

Вересов заливается от смеха.

- Хороший ход, вот только у меня не может быть детей, - заявляет мужчина. – И Даша прекрасно знает это. Простите, что забыл уведомить вас об этом.

Не может быть детей?

Вересов, как же сильно ты ошибаешься.

Сам даже не подозреваешь, насколько сильно.

Уж не знаю, что у него там с невестой, и от него ли она беременна, но судя по всему отношения у них не самые тёплые. Однако я точно родила его детей. Они же даже похожи на своего отца, как две капли.

Я боялась, что он заметит это сходство в ресторане, но мне повезло, ведь бывший оказался слепцом.

- Что с ней сейчас?

Отец Даши оседает на скамейку и хватается за голову.

- Да ничего, Вересов. Врачи борются за её жизнь, но не обещают поднять на ноги. У неё перелом позвоночника.

Поджимаю губы и всё-таки высвобождаю руку из хватки бывшего. Потираю запястье. Не больно, но неприятно.

- Ты понимаешь, что теперь просто обязан жениться на Даше?

Что-то этот «отец» не походит на убитого горем отца. Он сейчас серьёзно? Его дочь в реанимации, а он говорит о свадьбе? И почему он не около реанимации? А врач не борется за жизнь пациентки?

Глава 8.

Дмитрий

Юрский ведёт себя слишком неестественно. Сразу подмечаю эту деталь. Откуда он узнал, что Даша в больнице? Врач скорой помощи не обзванивает всех родственников, обычно они звонят близкому из последних контактов. Или правило изменилось? Последний, кому звонила Даша – я. Однако её отец оказался тут первым. Решаю, что эту мысль не следует упускать из вида, но соглашаюсь сыграть по правилам, объявленным кукловодом.