Ненавижу, когда ходят вокруг да около.
- Я тоже, - киваю я. – Но для начала я скажу вам кое-что: у меня есть дети.
- Ты ради этого сюда приехал? Я тебе сказал, что меня больше не волнует ваша помолвка с Дашей. Мне плевать, с кем ты спишь и делаешь детей, Вересов. Поздравляю, и если ради этого приехал, то лучше катись обратно.
- А вы умеете слушать, - недовольно хмыкаю я.
- А ты умеешь заинтересовывать.
- Простите, но актёрскому мастерству не обучался, поэтому придётся слушать, как есть, что уж теперь? Итак, я узнал о том, что у меня есть дети спустя семь лет после их рождения.
- А-а! Я понял, ты мне лекцию решил прочитать? Только стал отцом и считаешь, что это прибавило тебе опыта?
- Нет, я так не считаю. Я считаю, что есть вещи, которые не опустить, многие слова не выбросить из песни, как говорится.
- Что ты хочешь сказать этим? Неужели ты нашёл мою дочь? – Юрский бледнеет и подаётся вперёд, немного наваливаясь на столешницу грудью.
- Всё так. Я нашёл вашу дочь, и вам придётся выслушать сначала меня.
- Как она? – глаза мужчины краснеют ещё сильнее.
Понимаю, что он не спал сутки, так как огромные синяки под глазами ничем не скроешь, а это покраснение белков буквально кричит об отсутствии отдыха.
- Она в порядке, слава богам. И она боится вас.
- Боится меня? – Юрский обхватывает голову руками. – Но почему? Что я такого сделал, чтобы дочь боялась меня?
- Не позволили ей выбирать, с кем она хочет связать свою судьбу? Тогда в больнице вы заявили, что Даша плакала и говорила о том, что она беременна. Вы не выслушали свою дочь внимательно, иначе знали бы, что она беременна не от меня, а от человека, которого страстно любит всей душой. Он небогат, и у него в семье есть проблемы.
- Понимаю, - кивает Юрский. – И я хочу увидеть свою дочь. Не томи, скажи мне, где она. Мы всё обговорим, всё уладим. Хочет выскочить за бармена, так тому и быть.









