Двое папочек для дочки

Его папа крепко держал его за руку в травмпункте, когда ему зашивали рану на лбу. А потом мы поехали к нам домой. И моя мама, охая и стеная, на кухне обрабатывала остальные его раны. А его папа шутил, что шрамы украшают мужчин, отвлекая Лекса от боли.

— Ты настоящий защитник, Лекс. Что бы я без тебя делала? — Я бросилась ему на шею тогда, как только моя мама тактично вышла из кухни, оставив нас наедине.

— Ты бы не поперлась ночью на замершее озеро, чтобы покататься на коньках. — Буркнул тогда Лекс, крепко обнимая меня. — И не отправилась гулять по городу в час ночи. И не попала бы в такую передрягу.

— Это тебя отец так пропесочил? — Хитро улыбнулась я. Он кивнул, закатив глаза.

— Мой папка та-акой нудный. — Почти пропел Лекс, и я покачала головой, удивляясь теплоте, прозвучавшей в его голосе.

— Примерно такой же, как моя мама. — Вздохнула я. Но Лекс покачал головой и встал тогда у окна, совсем так, как Дэм сейчас.

— Нет, Элли. Твоя мама замечательная. Очень добрая. Я бы хотел, чтобы моя мама была жива. Чтобы она причитала надо мной, стоя с ваткой пропитанной спиртом. И совала мне конфеты, как маленькому. Мне не хватает мамы, Элли. — Его голос тогда сорвался. Как у Дэма сегодня. И я в который раз поразилась тому, насколько похожи эти двое парней. Красивые, сильные, уверенные — внешне. Но такие изломанные внутри. Вот только Лексу повезло больше. У Лекса был любящий отец, готовый, как сказал Дэм, порвать за него любого. У Лекса была моя мама, с самого детства опекавшая его, как родного. У Лекса была я… до тех пор, пока он сам не захотел оттолкнуть, избавиться от меня тем самым глупым спором с ребятами. У Лекса было почти все… но все равно он был несчастен. У Дэма не было никого и ничего, кроме меня. Что же должен был чувствовать он?

— Элли? — Голос Дэма ворвался в мои воспоминания, вырывая меня в реальность. И моя улыбка вышла слегка дрожащей и неуверенной.

— Прости Дэм. Я плакала не из-за тебя. Просто, я вспомнила о Лексе… Однажды, он сказал те же слова, что и ты. — Дэм слегка напрягся при одном имени моего друга. Он уже знал, что Лекс — моя первая любовь. Но старательно избегал этой темы. Так, будто если не вспоминать — призрак Лекса растает, и не будет стоять между нами. Это была тактика Дэма — убегать, прежде, чем что-то причинит ему боль. Я же привыкла вести себя иначе. Встречать проблемы лицом к лицу, и решать их сразу же, «на берегу». Как раз за это я была благодарна своему почти — не — любимому другу. Лекс научил меня бороться. Может когда-то придет время, и я научу этому же и Дэма?

Глава 20

Проснулась я рано и с затаенным испугом выглянула на улицу. Вдруг на Новый год не будет снега? Вдруг он растает? Но мои опасения не оправдались.