Две стороны одной медали

Это было нечто невероятное – огромное везение! Я стал кататься с Алесей – дочкой тренера Александры Корчагиной. Выбрали меня только за рост: в свои 11 лет я был самым высоким. Я начал заниматься в паре раньше, чем это происходит обычно.

Я перешел уже совсем в другую категорию – мы тренировались вдвоем, и это был шанс идти дальше. Алеся стала моей первой партнершей, мы прокатались с ней три года.

Глава 5

В возрасте 11 лет с девчонками как-то не очень еще принято дружить и проводить хоть как-то с ними время, а тут мне, мальчишке, надо было кататься с девочкой, держать ее за руку. С одной стороны, я понимал, что именно к этому вроде бы и шел, с другой – это было прямо «фу».

Когда мне объявили, что я буду кататься с Корчагиной, я сразу ответил, что не буду. «Взялись за руку и поехали», – ответил тренер. И мы поехали. На следующий день в пару поставили еще одного мальчика, которому взяли девочку из другой группы – мы стали первым столь молодым проектом. Обычно все-таки в пару ставят лет в 15, нам было по 11, партнершам – и того меньше, по 10. Мы перешли на другой лед, стали кататься со взрослыми ребятами, и я перестал пересекаться с теми, кто меня обижал, – это был плюс. В какой-то момент появилась и гордость за то, что я стал первым в группе, кого перевели во взрослое катание. Тем более что в парное уже приходят кандидатами в мастера спорта, а я даже без первого разряда был.

Правда, были и свои минусы в столь раннем парном катании. Из-за того, что я делал поддержки, у меня неправильно развились мышцы спины. Второму мальчишке тоже не повезло – у него были проблемы с поясницей. У меня же во время занятий в зале дико защемило под лопаткой нерв. Было так больно, что я даже не мог вдохнуть, не то что шевелиться. Еле-еле дошел до дома, лег и старался не дышать. Меня почти парализовало.

Эта проблема беспокоила меня почти всю мою карьеру – мышечный валик под лопаткой выскакивал и защемлял нерв. Потом я научился примерно за три дня выходить из этого состояния – поддержки делать в это время не мог, но знал, как греть, что растирать, чтобы боль быстрее ушла. Но тогда я просто лежал и боялся пошевелиться – помню, как брат сидел со мной всю ночь. У нас были не самые лучшие отношения, но в критические моменты он был всегда рядом. Зачем ходить к родителям и говорить о насущном, если есть он. Мы дрались, конечно, иногда, но какие бы сложные отношения у нас ни были, мы всегда друг другу помогали. Нельзя сказать, что сегодня мы каждый день созваниваемся, ходим пиво вместе попить или еще что-то, но друг для друга сделаем все."

"Конечно, мы сильно отличались друг от друга. Разница в возрасте. Я был спортсмен, а он читал книжки и играл на гитаре. Я его постоянно всем раздражал.