Сэру Филиппу, с любовью

- Филипп предпочел бы вручить цветы Элоизе лично, но не бегать же по всему поместью с букетом в руке, разыскивая ее!

Горничная повернулась было, чтобы идти, но Филипп остановил ее:

– Мисс Бриджертон, как я понимаю, уже позавтракала?

– Да, сэр.

– Вы, случайно, не знаете, где она?

– Пошла на прогулку с детьми, сэр.

Филипп изумленно округлил глаза:

– На прогулку? С Оливером и Амандой? Сама, по своей воле?!

Горничная кивнула.

– Интересно! Надеюсь, они еще не успели убить ее?

– Сэр Филипп! - насторожилась девушка.

– Шутка, Мэри, шутка! Кстати, Мэри… - Филипп вдруг запнулся - он даже не был уверен, правильно ли называл имя горничной.

А вдруг она не Мэри?

Девушка кивнула, но по выражению ее лица он не мог определить, правильно ли называет ее или она не поправляет его из вежливости.

– А куда именно они пошли, вы не знаете? - спросил он.

– Мне кажется, сэр, на пруд купаться.

Филипп похолодел.

– Купаться? - Филипп сам не узнал своего голоса, как будто произнес это слово не он, а кто-то другой.

– Я так подумала, сэр. Во всяком случае, дети были одеты в купальные костюмы.

“В купальные костюмы… Господи!”

Со дня смерти Марины Филипп старался не приближаться к злополучному пруду, всегда обходя его за версту. И детям он строго-настрого запретил подходить к пруду. Он так и сказал их няне… сказал ли? Филипп готов был поклясться, что предупреждал об этом мисс Милсби, но говорил ли он об этом с мисс Эдвардс? Возможно, что и забыл…

Филипп вдруг, бросив цветы на пол, с бешеной скоростью вылетел из дома.

***

– Кто войдет в воду последним, тот рак-отшельник! - кричал Оливер, с разбегу врезаясь в воду.

Когда вода, однако, достигла его пояса, он был вынужден немного затормозить.

– Я не рак-отшельник! - кричала Аманда, вбегая в воду за ним и поднимая целый фонтан брызг. - Это ты рак-отшельник!

– Ты гнилой рак-отшельник!

– А ты дохлый рак-отшельник!

Элоизе, наверное, следовало бы сказать, чтобы дети не дразнились, но сейчас ей совсем не хотелось прибегать к нравоучениям. Поскольку купального костюма она с собой не взяла - кто же знал, что он ей понадобится? - Элоиза вошла в воду в платье, подоткнув его выше коленей.

Стесняться было некого - здесь ее никто не видел, кроме двух восьмилетних детей, которые к тому же были слишком заняты своей игрой, чтобы обращать внимание на ее голые ноги.

За время прогулки Элоиза не могла не заметить, что дети теперь уже относятся к ней с большим доверием, чем раньше. Всю дорогу до пруда они весело шутили и смеялись. Конечно, с детьми нужно было еще много заниматься - они очень нуждались в человеческом тепле.