Сэру Филиппу, с любовью

Почерк на конверте был явно женским.

– Благодарю вас, Майлз. Вы свободны.

Молодой человек удалился, и Филипп вскрыл конверт. Внутри оказался всего один листок. Бумага самая лучшая - стало быть, его неведомая корреспондентка либо богата, либо просто не умеет экономить.

Филипп начал читать.

“Сэру Филиппу Крейну.

Примите мои соболезнования по случаю смерти Вашей жены Марины, приходившейся мне кузиной. Несмотря на то, что в последний раз мы с Мариной общались много лет назад, я всегда помнила и горячо любила ее, известие о ее смерти потрясло меня.

С радостью откликнусь на Ваше письмо, если Вы пожелаете написать мне.

Смею надеяться, что мои слова хоть немного смягчат горечь постигшей Вас утраты.

С искренним уважением, мисс Элоиза Бриджертон. Лондон, Брутон-стрит, 5”.

Филипп протер глаза, словно не верил им. Бриджертон? Что-то он не припомнит, чтобы у Марины была такая кузина… Но должно быть, и вправду есть, если он держит в руках это письмо…

Филипп вздохнул. После смерти Марины он получил очень мало писем с соболезнованиями - создавалось впечатление, что с тех пор, как Марина вышла замуж, большинство ее родных и друзей напрочь забыли о ее существовании.

Впрочем, удивительно ли? Столько лет Марина практически не покидала своей спальни, почти не общалась с собственными мужем и детьми - что уж говорить о знакомых и родственниках? Мудрено ли, что они не часто вспоминали о ней?

Филипп машинально потянулся за пером и бумагой. Нужно ответить этой мисс Бриджертон, как того требует этикет… требует ли? Прожив большую, если не большую часть жизни сельским анахоретом, Филипп не мог похвастаться доскональным знанием великосветского этикета. Но как бы то ни было, мисс Бриджертон наверняка будет рада узнать, что Филипп благодарен ей за соболезнования.

Вздохнув еще раз, Филипп обмакнул перо в чернила.

Глава 1

Май 1824 года

На пути между Лондоном и Глостерширом. Полночь

“Дорогая мисс Бриджертон!

Спасибо Вам за Ваши проникновенные слова соболезнования по поводу кончины моей жены. Было очень любезно с Вашей стороны найти время выразить соболезнования джентльмену, с которым Вы никогда не встречались. В качестве благодарности разрешите презентовать Вам скромный засушенный цветок. Это всего лишь обычный Silene dioica (лихнис красный), но, когда он цветет, поля у нас в Глостершире представляют собой весьма живописное зрелище.

К тому же данный экземпляр примечателен тем, что появился необычно рано для теперешнего времени года. Кроме того, этот цветок был любимым цветком Марины.

Искренне Ваш, сэр Филипп Крейн”.

Элоиза Бриджертон читала это письмо, несмотря на то что единственным освещением в карете был проникавший сквозь окна свет полной луны. Впрочем, она и так знала текст письма почти наизусть.