5
0Еще и магией опечатал.
Я тоскливо вздохнула. Что за невезуха?
— Через полчаса жду в кабинете, есть серьезный разговор, — сообщил отчим и, клокоча от гнева, удалился.
Поначалу я не собиралась идти. Так и сидела на полу, подбирала монеты и обдумывала, как бы поставить нахала на место.
Мой дом, мое наследство… моя клетка.
Еще целых два месяца. Пф-ф-ф…
Когда же стрелки часов подобрались к нужной отметке, душу начали слегка покусывать сомнения. Если бы Пресинваль хотел орать, сделал бы это прямо здесь. И домашний арест мог продлить, не сходя с места. Так чего ему надо? Не узнаю, если не пойду…
Отложив в ящик комода то, что хотела взять с собой, я хмуро глянула на свое отражение в зеркале, которое одарило меня точно таким же взглядом из-под черных росчерков бровей, и направилась к двери. Пойду, хоть обстановку разведаю. Но буду гнуть свою линию!
Лорд Пресинваль уже сидел за столом. На хозяйском месте.
— Итак? — я заняла место напротив без лишних церемоний, осмотрелась, потом перегнулась через стол и взяла с тарелки печенье.
При нем хотелось вести себя нагло.
Унылое помещение с тяжелыми шторами и мебелью темного дерева никогда не являлось одним из моих любимых мест в доме. Я забредала сюда редко. Очень редко. Только когда нужны были письменные принадлежности или бумага, а свои закончились.
— Упряма, нагловата, своевольна… — медленно бормотал опекун.
Да нет, не просто бормотал, он это зачем-то записывал!
— И что? — происходящее мне почему-то не понравилось даже больше, чем домашний арест.
Отчим посмотрел на меня через стол, прямо и недовольно.
— Тебе скоро восемнадцать, Милиан! Ты — взрослая девушка.
— Взрослая? — с коварной улыбкой протянула я, подловив его на слове. — Правда?
— Именно, — подтвердил ничего не подозревающий мужчина.
Какая наивность! А со мной надо следить за словами…
Склонившись над столом, я подпустила еще немного коварства.
— Так может, отдадите мне мое наследство на пару месяцев раньше? — и невинно взмахнула ресницами.
Почему бы и нет? Вполне разумное предложение, раз уж я взрослая и почти совершеннолетняя.
Опекун восхищенно крякнул и продолжил писать. Мне пришлось сильно напрячь зрение, чтобы разобрать слова. Сообразительная, хваткая…
— Не отдам, — заявил он, оторвавшись от своего занятия. — Ты его и через два месяца не получишь.
— А там есть варианты? — я не то чтобы испугалась, но насторожилась.
Маркус пошуршал бумагами, после чего протянул мне лист с подсвеченными магией некоторыми строчками. Если опустить юридические обороты и прочую воду, смысл был такой: если попечитель сочтет поведение наследницы недостойным, в целях сохранения фамильных богатств он имеет право отложить передачу состояния в мои руки на несколько лет.
