5
0
В остальном учеба шла своим чередом. Ее было много, мы готовились к зачетам, параллельно мне приходилось читать о фамильярах и сравнивать информацию из старых книг с собственными наблюдениями. Соответствие наблюдалось далеко не всегда. Но это хотя бы было интересно. Редкие животные, их магия… только характер почему-то не проявлялся, они вели себя смирно и были послушными. Даже радужный, которому, по идее, полагалось быть строптивым и показывать характер. Но нет, гельз был сама скромность, только в своей корзинке спать отказывался, и как только я укладывалась и затихала, перебирался ко мне под бок. В редкие свободные минуты я навещала стальфа и подпитывала его. Понимала, конечно, что можно этого не делать, тогда умертвие «разрядится», и это будет правильно. Но совесть просто не позволяла оставить Монстрика умирать голодной смертью.
Летте я все-таки высказала все, что о ней думаю. Мы целый день не разговаривали. Потом она пришла мириться первой, сказала, что Крег, когда они встречались, только обо мне и расспрашивал, и я, конечно же, простила. Как тут не простить, когда эта подлиза крутится рядом с яблочным пирогом и рассказывает, как ей хочется, чтобы мы породнились.
Сам Крег присылал галок с записками и конфетами. А в четверг, когда ко многим студенткам приезжали родные и поэтому ворота Академии были открыты несколько часов, взял гулять в город. Он что-то там говорил про местные достопримечательности, но я ничего толком не видела, потому что почти все время мы целовались.
Жизнь в Академии становилась сносной, скучно мне не было, но и решения своего я не поменяла. Не хочу быть магиней. Планы на будущее уже почти оформились, но признаться в них было страшновато даже самой себе.
Очередной крутой поворот реальность совершила как раз после свидания с Крегом. Чувствуя себя так, будто за спиной выросли крылья, я впорхнула в холл, чтобы буквально врезаться в Трина.
— Смотри, куда летишь, счастливая, — одернул воспитатель.
На что я глуповато улыбнулась и попыталась прошмыгнуть к себе, но была остановлена одной фразой:
— Тебе письмо.
Недоумевая, кому и зачем понадобилась, я прошла за Трином в воспитательскую, где и получила в руки послание. Не сходя с места, сорвала печать и вчиталась в ровные, выведенные красивым почерком строчки.
В первый момент даже смысла не поняла. Кто-то обещал мне помочь и сделать все возможное, чтобы освободить из лап Пресинваля.
Что за бред?!
Взгляд упал на подпись.
«Виола, урожденная Бладерс».
Мамочки-и-и-и…
ГЛАВА 15
Раньше опомниться она не могла? Когда это было мне еще нужно?"
"Объяснение этому факту нашлось почти сразу: Виола не владеет магией, и письмо свое отправляла без ее помощи. А я-то уже и не надеялась…
— Начудила? — понимающе спросил Трин.
