Чем дальше оставались высотные дома и трубы кирпичного завода, некогда моего родного предприятия, тем красивее становилось вокруг. Вдоль дороги потянулся лесок, сначала редкий, но постепенно он становился все гуще и выше. Вот одна деревенька промелькнула за окном, потом вторая. Я помнила наставления Ариши: после второй деревни будет поворот налево, сворачивай туда. Я последовала совету деда, проехала немного по пустынной дороге и увидела знак «Населенный пункт Полянка».
Домов в деревне было немного, они быстро промелькнули за моим окном, старые, некоторые покосившиеся от времени.
Я постаралась заглянуть за бетонный забор, но у меня это не очень-то получилось. Высоковат. Или я для него низковата. Тогда я решила доехать до горы и подняться на нее. Уж оттуда я все увижу!
Когда, пройдя немного по тропинке, ведущей вверх, я оглянулась, то просто ахнула! Отсюда вся фазенда Епифанцева видна как на ладони.
Справа, чуть ниже всего этого великолепия, голубел приличных размеров водоем, искусственный пруд.
Рядом с воротами стоял домик охраны. Две высокие сосны раскинули над ним свои лапы, словно шатер.
Надо поговорить с Ярцевым. Почему-то это первое, что пришло мне на ум. Я включила номер журналиста-скандалиста и услышала его приветливое «Алло!».
– Антон! Это Полина.
– Привет. Рад слышать.
– Скажи, ты что-нибудь знаешь о владельце колбасного цеха в нашем городе?
Что за вопрос! Ярцев знает все! Или почти все.
– М-м… Как сказать?
– Скажи как есть.
– Кое-что знаю…
– Поделишься?"
"– Ну, как говорится, чем богаты. А что это ты вдруг заинтересовалась «колбасником»?
– Объясню при встрече. Так я заскачу к тебе ненадолго?
– Давай, я у себя.
По дороге я купила банку более или менее приличного растворимого кофе. Та бурда, которую журналисты пьют у себя в редакции, потом откликается изжогой в моем желудке.









