1
0
* * *В пятницу во время утренней смены в «Белом султане» мне пришло в голову, что Уэстон обычно приходит сюда вечером накануне забега. После занятий я немного посидела в библиотеке, чтобы убить время, потом направилась обратно в пекарню, надеясь, что он не изменит этой своей привычке.
Уэстон сидел за столиком в углу – темный, угловатый силуэт. Он был в черной футболке и черных джинсах, уткнулся носом в учебник по экономике. На столе перед ним стояла тарелка, а на ней лежал недоеденный сэндвич с ростками фасоли и огурцом. Из кухни доносилось пение Эдмона де Гиша.
С замирающим сердцем я подошла к столику и сказала:
– Привет.
Уэстон опустил книгу, его глаза на миг расширились, потом выражение лица снова стало нейтрально-мрачным
– Привет.
– Мы можем поговорить?
– Конечно.
Он убрал из-под стола вытянутые ноги и указал на второй стул.
Я села напротив него и положила сумочку на колени: мне требовался какой-то барьер, чтобы спрятаться от колючего взгляда Уэстона.
– Я хотела попросить прощения за воскресный вечер…
– Не надо, – прервал меня Уэстон. – Тут не за что извиняться.
– Есть за что, – возразила я. – Мы довольно бесцеремонно потревожили твой сон, а потом я еще и футболку твою надела.
– Забудь об этом. – Уэстон поерзал на стуле, его сине-зеленые глаза были неспокойны, как море в шторм. – Это ерунда.
– Для меня это не ерунда. У нас с Коннором все стало серьезно, и я не хочу, чтобы между тобой и мной осталось недопонимание.
Мгновение Уэстон смотрел на меня в упор, потом кивнул.
– Верно. Недопонимание.
Я на секунду надула щеки.
– Я надеялась, что мы с тобой сможем стать друзьями.
– Дело не в тебе. Это все я. – Длинные пальцы Уэстона поигрывали ручкой. – Я могу быть сволочью – спроси кого угодно.
– Я не считаю тебя сволочью, – возразила я и широко улыбнулась. – Возможно, ты не самый мягкий и веселый человек, но у тебя есть потенциал.
– Потенциал?
– Конечно. Возможно, если бы ты попробовал везде носить с собой корзину щенков, завел бы себе цыпленка или двух, как у нас на ферме… Ты еще можешь исправиться.
Губы Уэстона тронула слабая улыбка, но тут же пропала.
– Ты голодна? Хочешь чего-нибудь поесть? – Он кашлянул. – Хотя тебе, наверное, уже надоело здесь питаться.
– Мне нравится здешняя еда, – сказала я, тронутая его предложением. – Но есть я не хочу, спасибо. Мне предстоит заниматься допоздна. Возможно, чашка кофе пришлась бы кстати.
Я уже хотела встать, но Уэстон оказался проворнее.
– Я принесу.
– Да я сама, к тому же мне, как сотруднику, полагается скидка.
Однако Уэстон проигнорировал мои слова.
