42
0С улучшением контроля над управлением тонкими энергетическими потоками, мне почти удалось воспроизвести многомерную пентаграмму и закрепить её в ауре. По сути оставалось совсем чуть-чуть.
Внизу я встретил несколько учёных. Судя по их лицам, они не ожидали увидеть меня.
— Надеюсь ничего не трогали? — придав голосу строгости спросил я.
— Ннееет… — ответил самый молодой.
Я кивнул и попросил отойти подальше. И не дожидаясь, когда они выполнят мой приказ, приступил к проверке. Как говорится доверяй, но проверяй. Потратив пять минут и не найдя «ошибок», я активировал пентаграмму.
* * *
С началом нового учебного года Нарышкина вместе со своей подругой Екатериной Павловой вернулись в столицу. Несколько недель прошло спокойно. Однако, в один из будних дней, когда девушки выходили из Академии тёмной магии, они увидели уже запомнившийся автомобиль Баринова.
Молодой человек со шрамом на пол лица, заметив Нарышкину, расплылся в улыбке и пошёл им навстречу.
— Началось, — сквозь зубы прошипела Наталья."
"— Помнишь, я говорила, что считаю его ухаживания романтичными. — Наталья вопросительно посмотрела на подругу. — Забудь. Даже меня он начинает доставать.
— Только начинает? — с раздражением спросила Наталья.
— Княжна! Графиня! Рад вас видеть в этот чудесный день, — произнёс Баринов, подавая большой букет красных роз Наталье и, чуть поменьше с белыми розами, Павловой. Возникло неловкое молчание. Обычно цветы Баринов дарил только Наталье. И на их немой вопрос, он тут же ответил. — Иван просил передать их тебе.
— Ясно, — сказала Екатерина, и недолго думая, что с ним делать, выбросила в ближайшую урну. — Это мой ответ. Сможешь передать?
— Кать, он же от чистого сердца… — встал на защиту друга Баринов.
— Стас, я к тебе нормально отношусь, но не лезь не в своё дело, — строго сказала она.
Он быстро взял себя в руки и с доброй улыбкой спросил.
— Надеюсь, мой букет не постигнет такая же судьба?
— Стас…
— Давайте я подвезу вас? — не дал договорить он девушке.
— Стас, — ещё раз обратилась Нарышкина. И прежде чем продолжить, окутала их двоих пологом тишины. — Когда ты уже поймешь, что твои чувства не взаимны? Зачем ты сам себя мучаешь?
Улыбка стёрлась с лица Баринова, словно её и не было.
— Наташа, я люблю тебя. Я не представляю без тебя жизнь. Ты ведь даже не даешь мне шанса. Что если чувства появятся? Я ведь прошу сходить со мной на свидание уже больше года. Разрешение твоих родителей у меня есть…
Возможно, Нарышкина уступила бы, но она ещё очень хорошо помнила про подарок — следящий артефакт, который Баринов ей подарил.
— Нет, свой шанс ты упустил, — категорично ответила она. — Букет я оставлю. Цветы ни в чём не виноваты.
