18
0С уходом военных, про них все позабыли. У кого были средства, перебрались на материк. Остались только те, кому идти было больше некуда.
Кристина наверняка об этом знала. Иначе почему она сказала, что я должен туда прибыть сразу с гвардией. Меня ещё удивило, что она сказала про пятьсот человек. Однако теперь всё становится на свои места.
— Ещё есть вопросы? — вывел меня из раздумий Муромский.
— Да, — сказал я. — Принцесса рассчитывает, что Вы, — перешёл я на официальный тон, — используя свои связи, сможете переманить на её сторону Романовых.
— Ох уж эта борьба за власть! — усмехнулся он. — Благо, что Софья, Царствие ей небесное, — перекрестился Муромский, — придумала как избежать кровавых разборок между своими потомками. — Он снова выпил полный бокал. — Вот скажи мне, ты считаешь Кристина будет лучшей правительницей, чем Михаил?
— Да, — не раздумывая ответил я.
— Хммм, очень быстро ты ответил. Хотя в высшем обществе пробыл без году неделя. Могу я поинтересоваться как ты это понял? Какие лидерские качества ты в ней увидел, что решил, что она станет лучшим правителем?
«Вопрос с подвохом, — подумал я. — Хитрость — ненадёжность; храбрость — глупость, безрассудство; вера людям, договорам — наивность… И так можно сказать обо всём.»
— Потому что я буду рядом и помогу ей, — ответил я.
— Не король делает свиту, а короля делает свита? Так? Только это фраза Макиавелли не подходит к Романовым. С их предрасположенностью к школе крови, именно они делают свиту свитой. При них Российская империя смогла стать сильной державой. И сейчас мне непонятны твои слова. Чем ты сможешь ей помочь? Или лучше спросить — в качестве кого? Уж прости, но императором-консортом тебя никто не примет. Более того, если Кристина вынашивает такие планы, то я займу сторону Михаила. — Он налил себе ещё виски и, прежде чем выпить, протянул бокал «чокнуться» с ним. — Тебя это не обижает?
— Я не вынашиваю таких планов, — под звон бокалов ответил я. Идя на эту встречу, я никак не был готов к такому разговору. — Однако, я помогу принцессе своей силой и умениями. Поверьте, умею я многое!
— Вот как. Я видел твою дуэль, — задумчиво произнес он. — Не спорю, твоя сила внушает. И теперь я понимаю, как ты достиг своего ранга, — напомнил он про убийство Белиала. — Через него, — указал он на гламограф, — я понял, что ты использовал заклинания школы смерти. И большинство я не узнал. Тебя не могли обучать за границей, а в Российской империи учить тебя никто бы не взялся. Следовательно, ты нашёл какой-то артефакт на другой планете. Можешь не отвечать. Будь я на твоём месте, я бы тоже не признался.
— У Вас превосходно получилось проанализировать имеющиеся у данные, — поражаясь уму графа, сказал я.
