То и дело нам попадались невысокие огненные холмы – не выше обычного дома; за три часа мы насчитали семь штук. Два из них не проявляли особого пыла, но остальные пять извергали из недр своих огонь, дым и пепел, производя вокруг себя небольшие опустошения. Одна из этих горок с громким шумом разбрасывала во все стороны камни; раскаленные комья перекрывали наш путь, и нам пришлось повернуть ближе к берегу. Там, как мне помнится, было много деревьев, среди ветвей которых застряли камни, заброшенные туда этой разгорячившейся горкой. Словом, повсюду видны были свидетельства внутренней жизни и силы.
Вдруг до наших ушей донесся низкий и гулкий грохот, исходивший откуда-то из-за скал; над ними на фоне гор поднялся столб кипящей воды высотой в сотню футов, а то и в три; в нем как щепка плясала огромная глыба – величиной в целый амбар. Когда напор воды ослабел, камень рухнул вниз, производя тот грохот, который мы слышали.
Я помнил этот звук по своему пути в ту сторону, однако тогда мне показалось, что источник его находится ближе к берегу, не видел я и струю, ведь мы с Наани углубились, наверно, на полмили от берега к внутренним землям этой страны.
Некоторое время мы рассматривали огромный фонтан, не приближаясь к нему, – потому что струя разбрасывала вокруг себя россыпь мелких камней. Гейзер кашлял и грохотал в глубинах земли, ворчал, рыдал и булькал, и о! с глухим мычанием огромная глыба снова поднялась вверх, поблескивая гладкими боками в свете вулканов – круглая, как чудовищный мяч.
Наконец струя опустилась вниз с великим кашлем и грохотом вод, пляшущая скала снова низверглась с высот, и мы смогли подойти поближе.
Я замер на месте от удивления, а Дева приблизилась к жерлу; тут струя замычала, и я понял, что вода опять поднимается, и бросился вслед за Наани, но, заметив это, она лишь припустила к чудовищному фонтану.
Я поймал Деву между великих скал, у самой огромной котловины, откуда извергались воды; столб кипящей воды вырастал над нами, превращаясь в море, вставшее на дыбы… не знаю, как нам удалось спастись: поток уже нависал над головами и вот-вот должен был, обрушившись, раздавить нас. Весь воздух вокруг нас сотрясался… голос фонтана казался громом.









