2
0А мы можем во втором Хорме все посмотреть, а то приехали туда очень поздно?
— Да, по улице можешь и посмотреть, заглянуть в магазины.
— Ну, денег у меня нет вообще. А когда мы сможем съездить в Валенторн?
— Через пару недель, только это не безопасно.
— Ну, я как-нибудь аккуратно, не буду сильно показываться, — мне нужно было самой попасть к дубу, думаю, Рита должна была ответить мне. Отец же пытался что-то сделать. Очень надеюсь, иначе, рассчитывать придется только на себя.
При въезде во второй Харм — деревню, что была сразу после нашей, мы застали какую-то суету, когда на нас никто внимания не обращал. Был вечер, женщины толпились возле дома главы деревни, бегали женщины из дома в дом. Мы остановились, и я прислушалась к местному говору.
— Второй день уже пошел, как разродиться не может…послали за Калерией, — шепотом говорила одна женщина другой.
— Ой, Бог Гасиро не одобрит это, ладно еще здесь нет Детей Гасиро — всех бы повесили или сожгли, кто помогает. Если ребенку не судьба рождаться, значит и не судьба…
К Карлу подошел обеспокоенный мужчина лет тридцати пяти. Карл махнул мне, мол сейчас вернется, и ушел с ним вниз по улице. К дому подъехала телега, в которой сидели две женщины. Одна очень старая, вторая лет пятидесяти — она несла мешок. Первой помогали выйти из телеги мужчины, даже, скорее, выносили ее на руках — ходила она плохо.
— Уходить надо отсюда, ведьму привезли, а то еще нас заденет, и не видать нам счастья. — женщины шептались, но уходить не торопились.
— Мне нужна нерожавшая женщина, — проскрипела старуха в толпу."
"Толпа прыснула во все стороны. Старуха стояла, опершись на помощницу и смотрела по сторонам. Из дома вышли женщины, но они были взрослыми. Одна из них плакала. И тут на меня посмотрела ее помощница, хоть и не старая, но тоже, видимо с больной спиной. Я видела, как часто она задышала.
— Мисс Лора, мисс Лора, откуда вы здесь? — она заговорила со мной так, словно знала меня.
— Тссс, зовите меня просто Лора. Кто вы? — единственное объяснение, которое было у меня в голове — это мама Риты, больше никто не должен меня знать.
— Я Люсита, твоя кормилица, Лора, — она опустила глаза, — ты меня не помнишь?
— Она не рожала, пусть идет с нами, — старуха проскрипела, указывая на меня.
— Идем, идем, — Люсита звала меня в дом, я оглянулась, Карл стоял возле нашей телеги с мужчиной, что заметно переживал и мял шапку. Видимо, это муж той женщины или родственник — уж больно переживает.
В доме выли так, словно тут был покойник. В прихожей сидели старушки, свет не горел. Открылась дверь в комнату. Окна были завешены покрывалами в комнате горели пара свечей. Увидев старуху, которую называли ведьмой, некоторые сразу вставали и выходили на улицу. Старуха что-то шептала Коре, а та отдавала распоряжения.
