2
0Стояла я на коленях, но коза оказалась отличной — Дину пришлось бежать за еще одной миской. В результате, мы имели счастливую козу и литра два свежайшего молока. Это бинго, надо поблагодарить Карла за то, что выбрал, действительно, хорошую. Я налила кружку и попросила Дина отнести ее Карлу. А по пути, занести рыбин Лимаре и взять свежего хлеба. Он убежал, а я поставила молоко на огонь, чтобы сварить, наконец, настоящую молочную кашу.
Мы пообедали, и решили, что спать и бояться за Вивьен — плохая примета. Надо попробовать себя в строительском деле и построить для нее загон — так мы порепетируем постройку каменного дома для себя. И мы начали с глины — ее нужно было носить с другой стороны реки. Мостиком пока заниматься некогда.
К вечеру мы наносили гору, и нам она казалась огромной. Мы видели, что глина смешивается здесь с травой, решили делать так же. Козу попробовали подоить еще раз — уже темнело. Две кружки у нас набралось, и они были в радость. Но теперь, кроме прочего, встал вопрос о заготовке сена для нее. Эх, как же жили наши деды в деревнях, а еще и работали ведь до пяти часов! Ну, ничего, тела молодые, оптимизма много — работай и наслаждайся. Мне покоя не давал саманный дом деда — дом из больших кирпичей, которые он делал из глины вперемешку с соломой. Но на изготовление таких кирпичей и просушку уйдет масса времени.
Еще один вариант, который я держала в уме — саманный с дровами, да да, с дровами — длина чурки здесь это толщина стены. Можно взять длину с запасом и через год снаружи просто добавить самана. Этот вариант был менее трудоемким и не требовал никакой просушки — пока глина сохнет, она вытягивает из дерева влагу. Но нам нужен домик крепкий, значит, фундамент нужно выложить камнем — а он вот он, Дин уже натаскал из реки такое количество, что хватит за глаза.
Что касалось козы, мы решили, что шалаш, в котором она сейчас жила, можно обложить камнем, хотя бы до середины высоты — выше не выдержат жерди, хоть каждая и не тоньше моей руки в локте. Выше мы замажем саманом — как раз опробуем технологию. Камень к шалашу накладывали уже до темна, а Карл, что пришел учиться плести ловушки, решил нам помогать — он оплетал шалаш дополнительными ивовыми ветками. За одно научился с ними работать, понял насколько они гибкие.
Закончив, мы ели кашу и смеялись — я рассказывала Карлу и Дину о том, каким будет наш дом, о том, что он теплее каменного, хоть и строить его может быть, дольше. Карл с любопытством слушал меня и хмыкал. Проводили его мы когда уже начало светать. Вот тогда я и поняла известный всем диалог Назарова и Кружилина из романа «Вечный зов»:
«— И так 25 часов в сутки работаем.
— Так в сутках 24 часа.
— А мы на час раньше встаем.
