Доля ангелов

Вот тогда она ее обвинила и вызвала судью. Муж ее, этой служанки, тоже там служил по хозяйству, вот он и пошел к советнику, мол, вы то знаете нас, и жена не хотела ничего плохого. Просил не убивать, просил отпустить их вместе в Харм. — старик попил воды из фляжки и посидел молча.

— Я слышал эту историю тоже, только, думал все сейчас этот закон знают, — Дина морило в сон после еды, он лежал на боку, подставив руку под голову, но глаза были соловыми. Начало припекать солнышко, но внизу туман еще не собирался сдаваться.

— Тогда советник новый закон с королем обсудил. По тому закону, если человек поручится за виновного, должен с ним вместе уйти, мол, только уверенные в этом человеке люди уйдут с ним, ради настоящих мошенников никто не поручится. И так можно было оставить в живых людей, которых богачи хотели жизни лишить. Советник — хороший человек, все только боялись, как на его место дочь ступит, так начнется страшное — злая она, — старик поднялся и мотнул людям головой, мол, пора. — Идти нам надо, удачи вам, мисс, видно духи вашу историю против вас воротили, прощайте.

Он просто отвернулся и пошел от нас. Люди шли за ним, подгоняя овец. Он явно знал больше, чем сказал. Он мог слышать наш разговор в тумане, и то, как Дин называл меня Лорой. Ну и ладно, главное — они нам не навредили.

— Они живут здесь, в горах?

— Да, на одном месте не стоят — всегда переходят, у них дома разборные. Они только на зиму встают, — Дин говорил сквозь сон. Я чувствовала усталость и явный недосып, и тоже решила полежать. Но мгновенно заснула.

Глава 17

Мы шли по долинам между горами, и у меня было ощущение, что я вернулась на Кавказ. Климат очень похож — тепло и влажно. Растительность очень буйная внизу — листья ярко-зеленые, много цветущих. Такую красоту только запечатлевать! Но фотоаппаратов тут нет, а художники в Валенторне пишут портреты и дорогую посуду — прямо не произведения искусства, а инстаграмм какой-то средневековый на стенах.

— Хорошо, что встретили горян, есть хотелось страшно, даже спать уже не мог. А сейчас поспал и сил прибавилось, — Дин сейчас был веселее, чем утром.

— Конечно, и молоко какое вкусное. Видишь, и здесь можно жить — сыр кушать, молоко.

— Только они к себе чужаков не берут, это большая удача, что они нам показались — они чураются чужих, — Дин остановился перед речушкой, которую придется перебродить. Глубина не большая, но течение хорошее.

— Перейдем осторожно? — я побаивалась, да и тетрадь моя в сумке не должна промокнуть.

— Я тебя перенесу на спине, — он тщательно играл во взрослого мужичка.

— Нет, я сама, а ты вот сумки перенеси так, чтобы они не промокли.