4
0Почти два метра роста, широкие плечи, крупные руки, в которых он сжимает пистолет… или автомат, я хоть и дочь бандита, но всегда нарочито игнорировала оружие, не касалась его, смотрела с омерзением, чем злила отца, у которого была настоящая коллекция холодного и огнестрельного арсенала. Перед которой папа испытывал чуть ли не благоговение. А мы с Павлом росли наоборот, пацифистами, ненавидящими этих бездушных убийц.
Пока вспоминаю детство, продолжаю разглядывать мужчину. У него иссиня-черные волосы, длинная чёрная борода, густые брови, прямой нос и очень неприятный, колючий взгляд исподлобья.
"— Только не говори, что это его девка, — кривит лицо великан.
— Я ничего не буду говорить, — пожимает плечами Махмуд. — Но ты все же не пугай девчонку. Видишь же, ребенок совсем.
— Ребёнок бы не оказался здесь, — мне достается ещё один презрительный взгляд.
Вздрагиваю, поспешно преодолеваю оставшиеся ступеньки, и отхожу как можно дальше от громилы. Но даже уйдя в другую комнату, которая оказывается кухней, к моей радости, потому что дико хочу пить, не чувствую себя в безопасности.
— Эта девка останется здесь, зря ты ее притащил, Махмуд.
— Она летит с нами, это не обсуждается, — раздается голос Тагира.
— Ты в своем уме? — рычит громила. — Ты и так вляпался, я тебя предупреждал, чтобы не лез в это дело, — резкий голос эхом разносится по всему дому.
Делаю глубокий вдох и снова выхожу в коридор, к мужчинам. Концентрация энергетики здесь запредельная. Бросаю быстрый взгляд на Валиева.
— Я действительно не хочу никуда ехать, — произношу, набравшись смелости. Точнее пытаясь наскрести эту смелость, выходит слабо. Голос дрожит… — Все, о чем я прошу, это вернуться к дочери. Я не собираюсь лезть ваши разборки.
— Что это вообще такое, брат? — поднимает брови Великан, разглядывая меня как энтомолог новую, еще не виданную им букашку. — Кто она такая?
— Я все сказал тебе, брат, — усталым голосом произносит Тагир. — Если мы едем с тобой, то только вместе с девушкой.
Великан ещё раз окидывает меня яростным взглядом, затем пожимает плечами.
— Хорошо, твоя взяла. Но сам будешь разгребать это дерьмо с Тамилой.
Кто такая эта Тамила? Вряд ли женщина может нести в себе нечто более неприятное, чем эти мужчины, все эта жуткая ситуация. Но вопреки рациональным рассуждениям по спине пробегает холодок. Впрочем, у меня это быстро вылетает из головы, стоит увидеть на чем нам предстоит лететь!
Я и забыла о брошенной Махмудом невзначай фразе, точнее слове «улетаем».
