— У меня действительно была невеста, еще до нашей встречи. Я не хотел обманывать тебя.
— Наверное, ты считал, что это не обман, — парирую с горечью. — Ты не встретил меня. Ты меня купил на аукционе…
— Ты прекрасно знаешь, что это не так. Между нами нечто большее. Я поговорю с Тамилой. Она была в отъезде, вернулась неожиданно. Иначе бы давно все объяснил ей.
— Что объяснил? Ты ее бросаешь? — нервно сглатываю.
— Я никогда ее не любил. Мы росли все вместе. Она скорее подруга детства, всем очень хотелось, чтобы наши семьи породнились. Ее мужем мог стать любой из нас троих.
— Считаешь, что это должно меня успокоить? — выплевываю с горечью. — Извини, мне не легче. Я чувствую себя… грязной.
— Все пройдет. Я буду с тобой.
— Я тебе не верю! Ты не можешь быть со мной… Я же столько горя тебе причинила! Дело даже не в твоей невесте.
Запинаюсь, нет сил больше говорить на эту тему, грудь разрывает от боли, воспоминания слишком мучительны…
— Ты была ребенком. Во всем виноват твой отец, жестокий больной ублюдок. Подумал, что я с тобой… Черт, Вилена, если бы у меня была дочь, на его месте я бы так же поступил!"
"Снова ерошит волосы, потом встает резко.
— Ты мне нужна, девочка. Сегодня нужна. Всегда нужна. Ты моя. Это непреложная истина. Я никуда не отпущу тебя. Буду тебе мужем, а твоему ребенку — отцом.
Его губы находят мои, поцелуй ошеломляет своим напором, невольно поддаюсь ему, раскрываю дрожащие губы, внизу живота уже вибрирует желание.
Никогда не думала, что являюсь одной из тех женщин, чьи чувства порой становятся сильнее разума. Напротив, был даже период, когда считала себя фригидной. С момента трагедии в лесу я и подумать не могла о мужских касаниях, о поцелуях.
Тагир прижимает меня к себе так сильно, что невозможно не почувствовать его эрекцию. Он срывает с меня халат, тянет вниз ночнушку. Набухшие соски вырываются на свободу.
Тагир опускает голову, принимается ласкать языком мои груди, втягивает в рот соски.









