5
0
«Может, встретимся с тобой? Обсудим как раз детали» — написала я в ответ, и Витя согласился.
Что ж, этот вопрос, кажется решен тоже…
Весь день прошел как в тумане и на нервах. Я бы и сама с удовольствием бы не пошла завтра в школу. Просто не знаю как с ним учиться теперь в одном классе…
«Заболеть», что ли…
Домой как доехала даже и не помню. Компания Динки мне не добавила радости и веселья.
До самой темноты провалялась на своей кровати, обильно поливая подушку слезами и ощущая себя бесконечно несчастной.
От человека, с которым мне было тепло, я сегодня сама отказалась.
Мои грустные думы прервал стук в дверь.
— Кристин, — позвала меня Динка, и я резко обернулась. Чего она пришла? — Тебя отец зовет. Сказал, есть важный разговор.
— Хорошо, я сейчас буду, — ответила я и встала с кровати. — Иду.
Внизу меня действительно ждал Владимир. Его вид сразу же заставил мое сердце сжаться — что-то случилось. У него лицо было серое и потерянное. Никогда таким его не видела…
— Добрый вечер, — подошла я к нему, чувствуя внутри все больше нарастающую тревогу. Неужели нас с Архипом все-таки сегодня видели? — Вы хотели поговорить?
— Сядь, — указал он на диван, оставив все вежливости на потом.
Я присела на край дивана и ждала, что он скажет дальше.
— Кристина, беда случилась, — сказал он, вплетая пятерню себе в волосы. — Нины, твоей мама… Ее больше нет.
12
— Как это? — захлопала я глазами. На уши словно подушки положили, я слышала свой голос словно из банки.
Да нет, не может быть. Владимир, наверное, что-то другое хотел сказать, или я его не так поняла.
Не может быть, чтобы моей мамы не стала. Она же всегда была… Куда она вдруг делась?
— В перерыве она пошла в магазин. На переходе на полной скорости ее сбила машина. К сожалению, довезти до больницы скорой ее не удалось… Похороны послезавтра, — говорил мне отчим.
Он сам очень нервничал.
А я так и стояла и хлопала глазами, отказываясь принимать страшную правду.
Как же так? Как может быть, чтобы молодая женщина вдруг… Чтобы ее вдруг не стало.
— Похороны? — повторила я непослушными от нервов губами.
Это единственное слово, которое заставило меня вникнуть в сказанное Владимиром.
Он не шутит. Он говорит о смерти. Мама не уехала куда-то очень далеко и надолго, ее собираются предать земле…
— Да, — кивнул он смотря в палас. — Надо крепиться и готовиться. Но сил нет… Я поручу помощникам подготовку. Мы должны проводить ее достойно.
Понимание волной захлестнуло меня.
Мамы больше нет. Это не шутка и не розыгрыш. Это моя реальность.
Глаза закатились, я ощущала как обмякло мое тело и куда-то завалилось.
Наступила темнота.
* * *Неделя прошла как в тумане.
Врачи, успокоительные…
Слезы, боль, бессонница…
Что ела в последний раз и когда — я не помнила.
