2
0
Я открываю рот и кусаю, клетка исчезает, мои запястья свободны. Я тянусь к нему, пальцы слегка касаются волос на груди.
— Анастейша.
«Нет!» Я издаю стон.
— Проснись, детка.
«Нет, я хочу тебя коснуться!»
— Вставай.
«Нет, пожалуйста!»
Я с трудом разлепляю глаза. Кто-то тычется носом мне в ухо.
— Вставай, детка, — шепчет нежный голос, растекаясь по жилам, словно расплавленная карамель.
Это Кристиан. За окном темно, образы из сна не отпускают меня, дразня и смущая.
— Нет…
Я хочу назад, в мой удивительный сон, хочу прижаться к его обнаженной груди. Зачем он будит меня посреди ночи? Вот черт. Неужели ради секса?
— Пора вставать, детка. Сейчас я включу лампу, — тихо говорит Кристиан.
— Нет!
— Мы встретим с тобой рассвет, — говорит он, целуя мои веки, кончик носа и губы.
Я открываю глаза.
— Доброе утро, красавица, — шепчет Кристиан.
Я издаю жалобный стон, а он лукаво улыбается.
— Я гляжу, ты не ранняя пташка.
Кристиан склоняется надо мной. Довольный. Не сердится. И он одет! С головы до ног в черном.
— Я решила, ты разбудил меня ради секса, — бормочу я.
— Анастейша, я всегда не прочь заняться с тобой сексом. И меня трогает, что ты разделяешь мои желания, — сухо говорит он.
Постепенно глаза привыкают к свету. Кристиан выглядит довольным… слава богу.
— И я не прочь, только не так поздно.
— Сейчас не поздно, а рано. Вставай, нам пора. Секс переносится на потом.
— Какой сон мне снился… — капризно тяну я.
— И что тебе снилось?
Кристиан само терпение.
— Ты.
Я вспыхиваю.
— И чем я занимался в твоем сне на этот раз?
— Кормил меня клубникой.
Его губы кривятся.
— Доктор Флинн целый день ломал бы над этим голову. А ну-ка, вставай и одевайся. И никакого душа — мы примем его после.
«Мы!»
Я сажусь на кровати, простыня съезжает с обнаженного тела. Кристиан встает, чтобы освободить мне пространство, его глаза темнеют.
— Который час?
— Половина шестого.
— А кажется, часа три ночи.
— У нас мало времени. Я и так не будил тебя до последней минуты. Вставай.
— Мне точно нельзя принять душ?
Кристиан вздыхает.
— Если ты пойдешь в душ, мне захочется пойти с тобой, и — день потерян.
Кристиан взволнован и, словно мальчишка, рвется в бой. Его воодушевление заставляет меня улыбнуться.
— И что мы будем делать?
— Сюрприз, разве ты забыла?
Я не могу сдержать усмешку.
— Ладно.
Я встаю. Разумеется, моя одежда аккуратно разложена на кресле у кровати. Там же лежат его трусы-шорты из джерси, Ральф Лорен, не иначе. Я натягиваю их, и Кристиан усмехается. Еще один трофей в мою коллекцию, белье от Кристиана Грея, в дополнение к машине, «блэкберри», «маку», черной куртке и первому изданию Томаса Харди. Он так щедр. Я трясу головой и хмурюсь, вспоминая знаменитую сцену с клубникой из «Тэсс».
