2
0
— Когда-нибудь, Анастейша, я трахну тебя в лифте, но сегодня ты устала, так что ограничимся кроватью.
Кристиан наклоняется ко мне, смыкает зубы вокруг моей нижней губы и осторожно тянет. У меня перехватывает дыхание, ноги подкашиваются, я чувствую, как глубоко внутри стремительно нарастает желание. Я отвечаю Кристиану — смыкаю зубы на его верхней губе, дразню его, он стонет. Лифт открывается, и Кристиан за руку тащит меня через фойе, к двустворчатым дверям и в холл.
— Хочешь выпить или еще чего-нибудь?
— Нет.
— Хорошо. Тогда пойдем в кровать.
Я удивленно поднимаю бровь.
— Ты согласишься на непритязательную старомодную ваниль?
Он склоняет голову набок.
— Не говори так. У ванили очень интригующий вкус, — выдыхает он.
— С каких это пор?
— С прошлой субботы. В чем дело? Ты рассчитывала на нечто более экзотическое?
Моя внутренняя богиня радостно поднимает голову.
— О нет. На сегодня с меня хватит экзотики.
Моя внутренняя богиня обиженно надувает губы и не скрывает разочарования.
— Уверена? У нас богатый выбор — по крайней мере, тридцать один вкус. — Кристиан похотливо улыбается.
— Оно и видно, — сухо говорю я.
Кристиан качает головой.
— Да ладно вам, мисс Стил, завтра у вас серьезный день. Чем быстрее вы окажетесь в постели, тем быстрее я вас трахну, и можете спать.
— Мистер Грей, вы прирожденный романтик.
— Дерзите, мисс Стил. Видимо, придется принять меры. Идем.
Он ведет меня по коридору в свою спальню, пинком закрывает дверь и командует:
— Руки вверх!
Я послушно поднимаю руки, Кристиан берется за мое платье и стаскивает его с меня через голову одним легким, почти незаметным движением, словно волшебник.
— Та-дам! — весело восклицает он.
Я смеюсь и вежливо хлопаю. Он улыбается с грациозным поклоном. Как можно перед ним устоять, когда он в таком настроении? Кристиан вешает платье на одинокий стул у комода.
— А какие еще фокусы ты знаешь? — дразню я его.
— О моя дорогая мисс Стил, — рычит он, — залезайте в мою постель, и я покажу."
"— Может, мне стоит хоть раз побыть недотрогой? — кокетничаю я.
Его глаза удивленно округляются и блестят от радостного возбуждения.
— Ну… дверь закрыта. Не думаю, что вам удастся от меня сбежать, — ехидно замечает он. — Считайте, что дело сделано.
— Но я умею торговаться.
— Я тоже.
Он пристально смотрит на меня, и выражение его лица меняется, становится растерянным, и я чувствую, как между нами пробегает холодок.
— Ты не хочешь трахаться? — спрашивает Кристиан.
— Нет, — выдыхаю я.
Он хмурит брови.
Эх, была не была… Я делаю глубокий вдох и выпаливаю:
— Я хочу, чтобы мы занялись любовью.
Кристиан замирает и беспомощно глядит на меня.
Его лицо темнеет. Вот черт, похоже, все плохо. «Не торопи его!» — сердито рявкает мое подсознание.
