2
0Я моргаю от яркой вспышки.
— Значит, моего папу ты тоже очаровал?
— Тоже?
Серые глаза Кристиана горят, и он вопросительно поднимает бровь. Я вспыхиваю. Он гладит меня по щеке.
— Как бы я хотел знать, о чем ты думаешь, Анастейша! — шепчет он мрачно, обхватывает мое лицо ладонями и слегка приподнимает, чтобы взглянуть мне в глаза.
У меня перехватывает дыхание. Почему он так на меня действует, даже в этом шатре, где полно людей?
— Сейчас я думаю, что у тебя красивый галстук, — выдыхаю я.
Кристиан довольно хмыкает.
— С недавних пор он стал моим любимым.
Я заливаюсь багрянцем.
— Изумительно выглядишь, Анастейша, тебе очень идет это платье, когда ты в нем, я могу гладить твою спину, касаться твоей прекрасной кожи.
Внезапно мне кажется, что мы здесь одни. Только вдвоем, и мое тело сразу же оживает, каждый нерв словно поет, между нами проскакивает электрический разряд, и меня вновь неудержимо тянет к нему.
— Ты же знаешь, малышка, что все будет хорошо, — шепчет он.
Закрываю глаза и чувствую, будто таю изнутри.
— Но я хочу большего, — шепчу я.
— Большего?
Он озадаченно смотрит на меня сверху вниз, его глаза темнеют.
— Большего, — тихо повторяет Кристиан.
Он словно пробует это слово на вкус — короткое, простое слово, но сколько в нем обещаний! Кристиан проводит пальцем по моей нижней губе.
— Ты хочешь цветы и сердечки.
Я снова киваю. Кристиан смотрит на меня, прищурившись, и в его глазах отражается внутренняя борьба.
— Анастейша, — мягко произносит он, — я ничего об этом не знаю.
— Я тоже.
Он слегка улыбается.
— Ты вообще ничего не знаешь.
— А то, что знаешь ты, неправильно.
— Неправильно? Только не для меня.
Кристиан качает головой. Он выглядит таким искренним.
— Попробуй сама, — шепчет он.
В его словах звучит вызов, он дразнит меня, когда склоняет голову набок и улыбается своей кривоватой, ослепительной улыбкой.
Мне не хватает воздуха, я словно Ева в раю, а Кристиан — змей, и я поддаюсь искушению.
— Хорошо, — шепчу я.
— Что?
Все его внимание сосредоточено на мне. Я сглатываю.
— Хорошо, я попробую.
— Так ты согласна? — В его голосе звучит недоверие.
— Да, при условии соблюдения пределов допустимого. Я попробую.
Кристиан закрывает глаза и заключает меня в объятия.
— Господи, Ана, ты непредсказуема. Ты не устаешь меня поражать.
Он отступает назад, и я вдруг понимаю, что Рэй уже вернулся, и гул голосов в шатре становится все громче и громче. Оказывается, мы не одни. Вот черт, я только что согласилась быть его сабой. Кристиан улыбается Рэю, его глаза светятся радостью.
— Ана, может, пообедаем?
— Хорошо."
"Я, моргая, смотрю на Рэя и пытаюсь прийти в себя. «Что ты наделала?» — кричит подсознание.
