3
0
Я извиваюсь в объятиях Ксандера, ненавидя, как моя грудь подпрыгивает при этом движении.
— Мне все равно, кто ты, Эйден, и ты тоже, придурок. — я бросаю через плечо Ксандеру, который..играет на телефоне? Серьёзно? Я указываю подбородком на Эйдена. — Если ты что-нибудь со мной сделаешь, я заявлю на тебя за сексуальное домогательство и разрушу все твое будущее.
— Блядь, Холодное Сердце. Теперь ты по-настоящему облажалась. — Ксандер свистит. — Тебе действительно не следовало угрожать ему.
— Я думал, ты умна. — Эйден цокает. — Но прихожу к выводу, что ты тоже сталкиваешься с глупыми моментами.
Прежде чем я успеваю обдумать, он вырывает меня из объятий своего друга. Я вскрикиваю, когда натыкаюсь на его твердую грудь. Его грубые пальцы впиваются в мой лифчик. Он забирает мой телефон и бросает его мне за спину. К Ксандеру, я полагаю. Затем хватает меня за оба запястья за спиной, сцепляя их в одной покрытой синяками руке.
— Я сваливаю отсюда, — говорит Ксандер рассеянным тоном. — Не задерживайся.
Его небрежные шаги исчезают вдали.
Никогда не думала, что захочу, чтобы Ксандер остался, но я готова умолять его об этом. Он может быть жесток, но у него не такой пустой взгляд, каким смотрит на меня Эйден.
— Ты забрал телефон.
— И?
— Так отпусти меня.
Я смотрю на его рубашку, не желая встречаться с ним взглядом.
— Это «нет».
Его пальцы снова возвращаются к моему лифчику, но вместо того, чтобы проследить, как раньше, его большой и указательный пальцы цепляются за мой сосок через ткань, и он щипает его.
Звук царапает мне горло, но я сжимаю губы, чтобы не выдать его. Странный жар проникает в мое тело, и я ненавижу это.
Я ненавижу это мучительное ощущение.
Я ненавижу его.
Я пытаюсь сопротивляться, но это только толкает мои полуобнаженные груди вперед, заставляя их подпрыгивать в его руках.
— Ты устраиваешь для меня шоу? — он ухмыляется.
— Пошел ты.
Он снова сильно щипает, и давление в моих глазах нарастает.
— Попробуй еще раз.
— Чего ты хочешь от меня, черт возьми?
Он вновь щипает, и я прикусываю нижнюю губу так сильно, что ощущаю вкус крови. Я раскраснелась, вспотела и липкая. Меня убивает то, что я позволяю ему оказывать на меня такое влияние.
— Итак, теперь ты хочешь знать, чего я хочу?
Он цокает, лениво проводя большим пальцем по моему твердому соску.
— Просто скажи мне.
— Что заставляет тебя думать, что я хочу сказать тебе сейчас? Может, я передумал. Может, ты мне нравишься такой.
Моя грудь вздымается и опускается в беспорядочном ритме. Он даже не смотрит на меня. Все его внимание приковано к моей груди и... шраму. Он не отрывает от него взгляда, как ребенок, который нашел новую любимую игрушку.
Он пристально наблюдает, слегка нахмурив густые брови.
