Десятый отряд

А я успела сообразить за миллионную долю секунды. Влад сказал, что нельзя что-то взять и положить никуда! Желание сработало, просто единорог решил, что раз просьба звучит из моих уст, то мне и принимать ношу. Мы сразу поступили неверно, удерживая ведьмака подальше от меня – с этого и надо было начинать, тогда никто бы не пострадал!

– Сейчас! – закричала я.

Второй раз просить не пришлось. Влад потянул носом воздух, отчего глаза Никиты остекленели, Ланда и Ион подпрыгнули с двух сторон – их мечи вошли в шею ведьмака крест-накрест, не оставляя ему и шанса выжить.

А я покачнулась и осела на землю, подбирая остатки недавнего ошеломления. Подняла вверх руку, но вокруг меня не появилась золотая сетка. Швырнула воздушной волной, однако просто безрезультатно прорезала ладонью пространство. Я точно знала, что забрала силу Никиты себе – она втекла в меня через его же серебряную нить. Но во мне не наблюдалось его недавнего могущества… как же так?

Я слышала, что теперь приказы раздает только Ион:

– Она еще жива! – кажется, он говорил про Кристину. – Но долго не протянет. Ланда, беги за лекарями. Мара, посмотри, как там Риссая! Она все еще без сознания?

Бледный Диминик с ненормально худым и истощенным лицом сидел рядом с невестой и гладил ее по щеке, прося держаться и не закрывать глаза. А она смотрела на него теперь молча, с трудом выдавив единственную фразу:

– Ты выбрал не меня.

У Риссаи была сломана рука, а часть лица представляла собой сплошной синяк. Но она села с другой стороны и, поддерживаемая сзади Маринкой, попыталась читать заклинание, создавая синие прозрачные волны над суккубом. Морщилась от боли и постоянно сбивалась, отчего волна пропадала и ее следовало создавать вновь. Я втиснулась вплотную к ней и просто попыталась повторить то, что делает ведьма. Из моих рук почти сразу заструилась синеватая пелена. Риссая глянула удивленно, но устало кивнула – мол, продолжай.

– Интересненько получается, – сразу же прокомментировал Влад увиденное, пока остальные подбирали слова.

Я и не думала отпираться:

– Да, я забрала его силу себе. Но я не чувствую никакого всемогущества – это странно.

– А может, и не странно.

Я не сразу поняла, кто это говорит. Дело в том, что голос Диминика прозвучал знакомо и приятно, но в нем я не расслышала привычных интонаций, пробирающих до мурашек – теперь это был просто слабый голос. Он объяснил, когда все посмотрели на него:"

"– Вы убили его слишком рано, остатки магии умерли вместе с ним. Или же Наташа получила только изначальную его силу, а Никита родился почти обычным ведьмаком. В желании же звучало «свою магию», а не «награбленную». Но это принципиального значения не имеет.