2
0После третьей группы я осознала странность: кажется, все беженцы слишком грациозны и симпатичны – и это вряд ли совпадение. Неужели бегут только инкубы и суккубы? А остальные местные спешат к магикопам, несут доски и железные пластины, чтобы помочь строить баррикады. Эгоизм прописан кодом в крови некоторых рас – и здесь ничего не попишешь. И все равно я пожелала им удачи успеть добраться до столицы и порталов. Я поспешила дальше, пока не разглядела знакомые лица.
Десятый отряд держался вместе – они воздвигали свой кусок стены из оконных рам и досок. Чтобы заарканить существо, Никита должен его видеть. Поэтому было принято решение спрятать от его глаз сильнейших ведьмаков, тогда они смогут бить по нему из-под защиты. Надо же, а Диминик почему-то не побежал за другими инкубами. Неужели наш командир окончательно превратился в настоящего магикопа, для которого долг важнее собственного спасения? Он может обманывать сверхполицию в мелочах, но при тотальной угрозе делает иной выбор.
Я на секунду замерла и улыбнулась, увидев его спину, несмотря на ужас ситуации. А он сам заметил, насколько изменился за последний год? Сморгнула непонятные слезы, потрясла головой, чтобы прийти в себя. А ведь у нас не было шанса еще когда-нибудь увидеться в реальном мире.
Почувствовав мой взгляд, он обернулся и, даже не изменившись в лице, бросил:
– Привет.
Привет?
Привет?!
Это именно то, что он должен был мне сказать после всего, что между нами было, и всего, на что мы даже не надеялись? То есть это не он совсем недавно часами сидел рядом и сжимал мои пальцы в бесконечной тоске? Мог бы выдавить из себя и чуть более теплый прием.
Я утонула в визгах и объятиях: Риссая с Маринкой оглушили меня. Николас тоже был здесь – я его руки поверх их рассмотрела. Его отряд работает в другом месте, но оборотень физически не смог бы оставить любимую в ситуации смертельной опасности – никто не стал бы отдавать ему такой бесчеловечный приказ, раз он все равно участвует в общем деле. Аго отодвинул от меня обнимательную троицу, подпрыгнул, ловко ухватил за шиворот и притянул к себе, заставляя наклониться. Смачно чмокнул в губы и сообщил:
– Я так по тебе скучал, страшила, что так и быть – теперь буду с тобой встречаться. Кстати, познакомься, это моя дорогая женушка! Зову ее Тошниловкой, потому что уже забыл ее имя.
Он массивным подбородком указал на кривоногую карлицу, которая что-то ворчала себе под нос и не обращала на нас внимания, затыкая грязными тряпками зазоры между досок. Я улыбнулась троллю, хотя усомнилась в его заманчивом обещании:
– Будет большой удачей, если сегодня хоть кто-нибудь выживет.
