Десятый отряд

Инкуб давил только на то, что я сама не знала о своей расе и считала себя ведьмой, потому в обмане меня обвинять бессмысленно. С таким же успехом он мог вообще ничего не говорить. Даже мне подобный акцент показался забавным, но Феникс, все еще пребывающий в детской форме, сформулировал четче, перебив выступающего:

– Господин Эйм, перестань уже. Во-первых, и она знала, и ты знал. Охранники из резиденции Стантов подтвердили, что она использовала свое пение против них. Нужны еще свидетели? Уверен, найдутся. Во-вторых, ложь уже не имеет никакого значения. Мы допустили нарушение сверхцивилизационного закона и теперь обязаны передать полукровку в Зорирту. Мы из-за чего сейчас торгуемся: отправить ее в Зорирту, чтобы ее там казнили, или казнить ее самим, чтобы закрыть вопрос без лишней канцелярщины?

Диминик опустил голову, его красноречие окончательно иссякло. Я, слушая выступающих вполуха, глянула на Иона Станта. Взгляд берсерка метал молнии в мою сторону – он злился, наверное, что оказывал душевную поддержку той, кого вообще было правильнее не заметить. Если командир десятого отряда о своей репутации не заботится, поскольку она у него отрицательная, то остальным главам подобную невнимательность могут припомнить. Он бы скорее всего уже вслух выругался, если бы рядом с ним не стояла леди Стант, одергивая сына и, кажется, уговаривая соблюдать приличия. Ничего себе, даже бывшая начальница управления явилась. Вот это я звезда!

Неожиданно громко закричала Ланда, которая тоже стояла недалеко от своего командира:

– Правитель, а почему мы выбираем только из этих двух вариантов? Мы так боимся испортить отношения с Зориртой? Ну так пусть сюда явятся эти безумные эльфы и полоумные дриады – объясним им, что мы тоже не лыком шиты!

Валькирии лишь бы с кем-нибудь подраться. Но неожиданно ее поддержала симпатичная девушка-оборотень:"

"– Какова вообще вероятность, что кто-то об этом узнает? Как давно мы здесь видели послов из других цивилизаций? Зачем вообще кому-то об этом сообщать?

Третий звонкий голос раздался со стороны восьмого отряда:

– Мне кажется неправильным, что мы сдаем своих. Я пять лет несу службу, и у меня до сих пор нет того количества заслуг и премий, как у этой курсантки. Вы сами понимаете, что мы создаем прецедент? Кто пойдет служить в сверхполицию, если не будет уверен, что сверхполиция за него весь мир на части порвет?

Все высказавшиеся были относительно мелкими сошками, но все равно заставили меня грустно улыбнуться. Приятно знать, что меня закапывают не единогласным решением. Но после этого с первого ряда поднялась пожилая ведьма и вскинутой рукой заставила всех замолчать, чтобы выслушали ее:

– Я, как член Совета, использую свое право вето на смертную казнь.