Десерт по имени Аля

Получив ответы, удовлетворились, но на мои вопросы ответить отказались, отпустили с миром.

Едва я вышел из полицейского участка, сразу позвонил Васильеву. Тот оказался гораздо более разговорчив. Рассказал мне, что было обнаружено на участке Закревского после того."

"Владел он этой дачей без малого семь лет, точнее по документам владелец не он, а некий Юрий Аркадиевич Стотский. Во всяком случае участок был выкуплен именно на это имя. Самого Юрия Стотского следователи до сих пор ищут, и что-то мне подсказывает, что уже не найдут, по крайней мере живым.

За семь лет Закревский успел натворить на этом участке много разного — выстроить дом, оборудовать чудо-подвал с великолепной звукоизоляцией, а еще посадить во дворе пять розовых кустов. Учитывая, что никакой другой растительности кроме сорняков там не наблюдалось, это выглядело довольно странно. Кроме того, за кустами явно ухаживали, что и насторожило следователей больше всего. Ну не тянет Закревский на любителя цветочков. Не тянет, и всё тут. Подельники тоже вряд ли стали бы таким увлекаться без прямого приказа.

После тщательного обыска дома полицейские обнаружили не только замеченную Алей надпись: «Луиза 2016 год». Отыскалась и «Катя 2020» в другой комнате, а также нечто, вырезанное чем-то не слишком острым на обратной стороне шкафа: «Мамочка, прости! Я тебя люблю! Твоя Виноградинка!» Очень смахивает на предсмертную записку.

После этих посланий дом разобрали буквально на кусочки. В одной из подвальных комнат, той, что совсем без мебели, нашли в углах следы крови. Видимо, Закревский не смог полностью смыть все следы. А также выкопали розовые кусты. Под ними и нашлось всё самое интересное — пять скелетов... не в целом виде, разумеется. Видимо, убийца расчленял жертвы, прежде чем закопать их.

После обнаружения костей подельники Закревского начали заливаться соловьями. Самозабвенно стучали друг на друга и на хозяина в надежде скостить себе срок. Даже немота не помешала откровениям, благо письму были обучены. Сам зачинщик продолжает хранить молчание, но даже без его признания картина событий практически полностью восстановлена.

Схема у Плюшечника была такая: он выбирал жертву, как правило, это была какая-нибудь простая одинокая девушка. Какое-то время ухаживал, потом за ней следили его подельники, а когда он давал отмашку, забирали девушку и привозили на дачу. После того, как девушка попадала в подвал, больше ее живой не видели, а через три-четыре месяца во дворе появлялся новый розовый куст. Некоторое время после этого подельники могли отдыхать, затем хозяин находил новую жертву — и так по кругу.

Васильев обещал мне, что Закревского ни за что никогда не выпустят.