Дело о давно забытой пощечине

Да, мы, можно сказать, сильно дружили. Когда нечего было делать, мы частенько вместе пили кофе, а, признаться честно, и не только кофе, и обсуждали жизнь. Мы частенько коротали вместе вечера и даже встречались в выходные, или у него, или у меня, или в ресторане… Мы были одного возраста и… Он был охоч до прекрасного пола и, признаться, я тоже. Мы вместе с ним…

— Я сам буду задавать вам вопросы, мистер Райвен, вы отвечайте лишь то, о чем вас спрашивают.

— О, хорошо, хорошо, господин прокурор. Вы спрашивайте, я буду отвечать. Признаться, мне нечего скрывать ни от вас, ни от кого-либо другого. Что было, то было, все грехи не замолишь, а замалчивать, не значит их искуплять…

— У него были какие-либо особенности во внешности? — перебил Маршалл.

— Особенности? — переспросил свидетель. — Какие особенности? Ну, лысина была, признаться честно, так и живот был немаленький… А, шрам на предплечье, вы об этом спрашиваете?

— Вы были на опознании трупа восемнадцатого числа текущего года? — стараясь не выходить из себя, спросил прокурор.

— Да, был. Бедный Барри! Он обгорел так, что даже мама родная не узнала бы его! Я бы…

— Но вы опознали тело? — чуть не рявкнул прокурор.

— Да, сэр, опознал, — согласился свидетель. — Я, признаться…

— Каким же образом вы его опознали, если тело обгорело до неузнаваемости?

— Ах вы об этом спрашивали в первый раз! — хлопнул себя по лбу Райвен. — Сразу бы сказали. Признаться честно, я просто не сообразил. Сейчас я все объясню. Дело в том, что давным-давно, в пору безвозвратно ушедшей юности… Эх, какие, признаться, были времена…

— Не отвлекайтесь, пожалуйста, — не выдержал и судья Чивородис, отвечайте по существу.

— А я и отвечаю, — обиделся свидетель. — В пору далекой юности у Барри была девушка, которую он очень любил. Он про нее часто вспоминал, говорил «Лиззи была для меня…»

— Объясните, как вы опознали труп, — устало попросил Болдуин Маршалл. — А то мы будет выслушивать вас ведь день.

— Вот если вы меня будете перебивать, сэр, то мы действительно проторчим здесь до поздней ночи. Я же объясняю: до войны у Барри была девушка, которая подарила ему серебряный перстень с гравировкой: три буквы — «Б. К. Д.», что означало: Барри Кейт Деннен. Это чтобы Барри не забывал о ней в армии и по возвращении женился на ней. Ах, признаться честно, какая это была любовь… Все-все, продолжаю. Барри служил где-то на Востоке, во флоте, и ходил в продолжительные рейсы. Короче, когда он вернулся с войны, девушку он не нашел — куда-то уехала и сгинула. Может, умерла, может вышла замуж и сменила фамилию.

А перстень остался. Барри им очень дорожил и никогда не снимал.