Дело двух Феликсов

От «Мулен Руж» до бульвара Распай целый час быстрым шагом, почему он не взял таксомотор? Судя по тому, что он посещает «Мулен Руж», деньги у него есть, на такси должно было бы хватить. Но он пошел пешком… Скажите, а Легран не мог вас обнаружить и, скажем, начать запутывать следы?

Раскольников отвечал, что это совершенно исключено. Он мастер слежки и маскировки, а Легран шел быстро и не оглядывался. Загорский отвечал, что, во-первых, чтобы обнаружить слежку, оглядываться не обязательно, во-вторых, Легран свое шпионское дело знает туго, и выследить его не так-то легко. Впрочем, может быть, на него плохо повлиял дух свободы, который он ощутил, попав из советской России в Париж.

Париж, знаете ли, располагает к некоторому легкомыслию. Что ж, будем считать, что Легран привел его к нужному человеку. Он, Загорский, попытается это проверить…

Отпустив Раскольникова, Нестор Васильевич отправился к Юсупову. Князь откровенно скучал. Ничего, скоро ему будет не до скуки.

— Не прогуляться ли нам? — предложил Загорский.

Юсупов с радостью согласился. Прихватив за компанию бульдога Панча, они вышли на улицу, пошли, не торопясь, в сторону Булонского леса.

Князь жаловался, что Панч весьма склонен к хулиганству, часто срывается с поводка и кидается на знакомых и незнакомых.

Нестор Васильевич, впрочем, слушал его вполуха. Он с интересом глядел по сторонам — на студентов, детей, чинных буржуа, стройных легких парижанок.

— Правду сказать, я соскучился по Парижу. Давно здесь не был.

— А когда вы в последний раз были в Париже? — полюбопытствовал князь.

Загорский усмехнулся и рассказал ему свежий русский анекдот. Советская работница говорит подруге: «Опять хочется в Париж!» Товарка спрашивает ее: «А ты разве была в Париже?» — «Нет, но опять хочется».

Князь глядел на Загорского заинтригованно, ожидая, видимо, продолжения. Пришлось объяснять.

— Она не была в Париже, но она уже хотела там побывать. И теперь хочет снова.

Простой этот анекдотец вызвал в Юсупове неожиданный взрыв веселья.

— Снова хочет! — смеялся он. — Вы только послушайте, она снова хочет в Париж!

Потом он внезапно помрачнел и сказал с тоскою.

— А я вот снова хочу в Россию. Иной раз кажется, всю бы европейскую красоту, всю здешнюю цивилизованность отдал, лишь бы снова увидеть родные просторы Сенатской площади, Летний сад и наш уютный дворец на Мойке.

Про уютный дворец на Мойке, равно как и про все прочие юсуповские дворцы Загорский посоветовал князю забыть.

— Дворцы в России теперь принадлежат победившему пролетариату и партии большевиков, которая железной рукой ведет публику к всеобщему обязательному счастью. Однако оставим эту печальную тему. Знакомы ли вы с нефтепромышленником Галустом Гюльбенкяном?

Как оказалось, князь отлично знал Гюльбенкяна.