8
0Кажется, я не только терял хватку, но еще и эмоции на лице не контролировал.
— Возможно, — выдохнул, признавая очевидное.
— Я разберусь. А ты — хорошо все обдумай. Понимаю, у тебя в прошлом достаточно было дерьма, но я не думаю, что она действительно тебе изменила. И если поймешь, что не прав — как следует подумай, что делать дальше.
Он ушел, а я остался один на один со всеми мыслями, которые сжирали меня изнутри. И я впервые за долгое время не знал, что мне делать…
39. Есения
Я не помнила, как вышла за ворота. Просто шла и шла, почти ничего не видя. В какой-то момент очнулась и поняла, что бреду вдоль шоссе. Да и то помогло, что кто-то проезжавший мимо резко нажал на клаксон.
В душе было пусто. Темно. Одиноко.
И мыслей — никаких. Только глухая боль. А еще в ушах звенели обидные, хлесткие слова.
Чего я ждала? На что надеялась? Что Герман поверит мне? Наивная дура. Нет. Только не он…
И эти фото… Кто их сделал? Денис? Зачем? Чтобы подставить меня?
Я все еще наивно верила, что не могла осознанно изменить Морозу. Вот не могла, и все. Но не помнила ничего. И поэтому не сумела защититься, отстоять свою правду.
Мне было так больно от недоверия, от той злости, которую на меня вылил Герман, что я просто сдалась.
Какой смысл что-то доказывать, если шансов на то, что тебе поверят, все равно нет?
Глупая, я надеялась, что он меня когда-нибудь полюбит?
Идиотка.
Конечно же, нет. А все, что между нами было… Разве это совсем ничего не значило для него? Он ведь назвал меня своей! Рассказал про сестру! Неужели все это было просто так?!
То, как от меня избавился Мороз, как выгнал, не позволив, попрощаться с Катей — это было бесчеловечно. И этот пистолет… Был момент, когда мне стало настолько все равно, что я даже была согласна, чтобы он выстрелил — пусть бы убивал. Ведь, по сути, он это и сделал.
Морально убил меня.
Поверил, что я способна на такое… Хотя… Вдруг это все правда? То, что я не хотела верить, не отменяло факта, что я проснулась не одна. Да, после я выгнала Дениса, но что если?
Идти мне было некуда. Вещи остались все там, в другом городе. Денег с собой не было. Так что до города я могла добраться только пешком.
Я шла, не особо разбирая дорогу. Потому что было все равно. Потому что было тоскливо и одиноко. Да и кому я теперь была нужна? Наверное, Катя будет скучать. Но быстро позабудет обо мне — все же она слишком маленькая еще."
"А Герман… Он вряд ли вообще станет думать обо мне. Ведь он считает меня предательницей.
Сама не заметила, как добралась до дома. Замерла перед знакомым подъездом в нерешительности.
