2
0Предложи пока что-то одно, а там… посмотрим. Надо поторговаться.
Секретарь подумал, что эти торги будут стоить жизни еще нескольким десяткам рабынь из тех, кого не желает отдавать тир, но кому до них какое дело? Рабы же! Кто в здравом уме будет думать о рабах?! Это как о табуретке думать. Нелепо и глупо!
Глава 2
Харни вызвал меня сразу после обхода.
– Вета, присаживайся. Нам надо поговорить.
Я кивнула и опустилась в уютное кресло.
– Взвар будешь? Или вина?
– Нет, спасибо. Что-то случилось?
– Да так… Ты ведь Берту отказала?
Скрывать правду не стала:
– Отказала. Это все, что вас интересует?
– Нет. Из-за чего?
Все причины я перечислять не стала, выбрала одну:
– Предпочитаю, чтобы мужчина, ухаживая за мной, не отвлекался на других.
Харни пришлепнул ладонью по подлокотнику:
– Говорил я ему, кретину! Тамка?
Я промолчала, глядя в угол. Харни вздохнул, голос его стал почти отеческим.
– Вета, милая, с каждым бывает. Мы ведь мужчины, а не служители. Оскоромился парень, а ты прости его!
Покачала головой. Мол, не могу, и говорить тут не о чем.
– Ты не думай, так бывает. Всех нас, что котов, тянет по весне на помойку. Побегаем, задрав хвост, поорем, да и домой, на мягкий диванчик. Жену на любовницу не меняют, будь та хоть из золота сделана.
Я вновь покачала головой. Может, жену на любовницу и не меняют, но я – не жена. И… брезгливо как-то. Мало ли кто Тамирой пользовался? Если и Берт не побрезговал, значит, я для него в одной цене с этой… девицей?
Харни посмотрел на мое лицо и вздохнул.
– Ладно, мы с тобой потом об этом поговорим. А пока я вас не буду ставить рядом, чтобы пересекались поменьше.
Харни имел в виду дежурства. Можно так их распределить, что мы с Бертеном не будем видеться два дня из четырех.
– Спасибо.
– Эх, глупые вы, бабы. И что тебе надо? Мужик – золото. Не пьет, не бьет, работает, все в дом тащит…
– Я могу идти?
– Иди, Вета. Иди. К храмовнику вон сходи, посоветуйся…
Меня передернуло.
– Харни, долго они тут будут отираться?
– Приближенный Фолкс очень настаивал. Думаю, около года, не меньше.
Темного крабом!
– Год совать нос во все дела лечебницы?
Чем дальше, тем больше хотелось принять предложение Моринаров.
* * *Рамон Моринар разглядывал магически доставленное послание из Тиртана, словно диковинного слизняка у себя под сапогом. Посол бледнел, краснел и покрывался потом – попеременно. Репутация у Палача была – страшноватенькая.
– Значит, тир желает поторговаться?
– Ваша светлость, речь идет о разумном согласовании и урегулировании вопроса…
Бумага вновь вспыхнула в ладонях Палача.
– Урегулировании? Вы сегодня напишете письмо своему тиру, любезнейший. И напишете, что, если он в течение десяти дней не даст положительный ответ на все наши требования, я лично явлюсь в Тиртан.
