13
0История циклична, помнишь такое утверждение? Если я правильно понимаю, подобное движение со стороны аристократии может означать желание сменить династию. Подобное уже было триста лет назад, когда к власти ненадолго прорвались выходцы из Альганны с активной родовой магией."
"— Это когда их ставленник приказал начисто вырезать всю династию прежних королей, решив оставить себе только младшую дочь без магических способностей для услады, хм, чресел? — хмыкнула Барбара, и Роланд кивнул.
— Точно. Он потом влюбился в неё, а она ударила его ножом в сердце.
— А чего он ожидал? — женщина откровенно засмеялась. — Он же убил всю её семью — такое не прощается. Хотя история, конечно, поучительная. Не следует оставлять в живых тех, кто может отомстить.
— У меня несколько другие выводы, — усмехнулся Роланд. — Худших врагов мы создаём себе сами. Но мы отвлеклись, Барбара. Говоришь, поссориться? Это необходимо делать громко, чтобы весь дворец слышал.
— Можешь не волноваться, — широко, с намёком улыбнулась женщина. — Я умею быть громкой.
Анастасия
Слухи о произошедшем дошли до принцессы сразу после обеда, который откровенно разочаровал — потому что на нём не было канцлера. И последующие за этим слухи огорчили Анастасию ещё сильнее.
Сплетничали все кому не лень, даже в закрытой теплице, где с недавних пор работала Анастасия вместе с несколькими сотрудниками дворцового парка, — и то переговаривались. Не злобно, скорее, насмешливо, и эта насмешка предназначалась не канцлеру, которого многие простые работники искренне любили, а Барбаре Ризонд.
Судя по тому, что говорили слуги, женщина решила забраться в комнату Роланда, а когда он нежданно-негаданно обнаружил её там и попытался выставить, начала кричать. И так вопила, что слышали все — от подвала до верхнего этажа.
— Во даёт, — смеялась садовница по имени Мина, рассматривая грядки в поисках выросших сорняков. Сегодня она, Анастасия и Нинель с Флоранс отправились сюда оценивать состояние цветов, которые предполагалось высаживать в основной части парка по весне. Точнее, цветов там ещё толком не было — луковицы да ростки. — Столько оскорблений на нашего канцлера вывалила, ужас. И что он безродный, и что жениться не может, а нос задирает, и что…
— Ох, не надо повторять, — перебила девушку принцесса, поморщившись. — Гадости это всё.
— Понятное дело, что гадости, — вздохнула вторая садовница — постарше, чем молоденькая Мина. — Но это не в первый раз уже происходит. Очень женщины на нашего канцлера обижаются, что он с ними не хочет связываться.
— Значит, подобные скандалы уже были?
— Конечно.
— А что с ними потом происходит?
— С кем?
— С этими женщинами.
— Да ничего, — пожала плечами вторая садовница.
