2
0
- Марьяна! Мы же договорились: никакой работы.
И она что-то бормотала о том, что я загнала себя, что после того, как я провела две недели в коме, последнее, о чём она хочет слышать - какое-то дурацкое письмо! Я сжала её плечи и снова обнимала её, уверяя, что всё будет хорошо.
Всё хорошо.
Но я не верила в это ни капли."
"Мне всё же удалось успокоить её, очень мягко. Вернуться в знакомую комнату, в которой я провела детство и юность. Когда я съехала из неё полтора года назад, сюда перетащил часть вещей отец. Но сейчас, видимо, её вновь отвели мне.
Или Айли.
Я осматривала всё сквозь туманную пелену.
Кровать. Мои вещи: сумка, тетради для рисования и разноцветные маркеры. Стол и компьютер - тоже мой, привезённый со съёмной квартиры.
Интересно, договор на неё уже расторгли?
Это всё такие мелочи.
Я дрожащими руками отодвинула дверцу шкафа. Безмолвно перерыла свою одежду, сама не представляя, что ищу. Затем медленно села в кресло, нажала кнопку на системном блоке - больше для вида. И зашарила взглядом по столу, пытаясь понять, касалась ли его Айли. Если да, то как часто?
Я не понимала, что делаю. Что мне делать? Что можно придумать, когда тебя мотает между мирами по злой воле какой-то ледяной стервы? Когда в один день ты выходишь замуж за мужчину, который кажется тебе чудом, а в другой узнаёшь, что всё это было обречено? С самого начала.
Взгляд упал на отключённый, отодвинутый планшет для рисования и листы рядом. Затем - на один из ящиков стола, неплотно закрытый. Я потянулась к нему, медленно выдвинула.
К моему удивлению, наверху лежала излишне пухлая тетрадь. Не думая, я взяла её и положила перед собой. Раскрыла, вынула спрятанную в середине ручку - чтобы через несколько секунд понять, что смотрю на записи, которых никогда не делала.
На первой же странице было выведено излишне ровным почерком:
Женщина-врач сказала мне вести дневник. Думаю, это действительно будет полезно. На случай… на всякие случаи, верно?
Айли - она словно обращалась ко мне.
Я сжала листы похолодевшими пальцами и стала читать дальше.
День первый
Я до сих пор не знаю, какой именно это день. Сколько времени я провела там, где меня лечили.
Всё кажется безумным. Та штука, на которой меня сюда везли. Пейзажи по дороге. Я не смогла воспользоваться какой-то светящейся пластиной, которую мне сунули к уху, и теперь лекари считают, что я немного тронулась умом.
Мне жаль.
Меня окружают хорошие люди. Родители… так странно их видеть! Каждый день, рядом и вместе. Мама, которую тут зовут Татьяной, не отходит от меня, каждый час спрашивает, что мне нужно. Я чувствую себя слабее, чем когда-либо раньше, от меня никакой пользы - но никто не называет меня дармоедкой. Никто не требует, чтобы я перестала ныть и сделала что-нибудь для семьи.
