Чувство льда

Не орет, не требует, чтобы его прекратили вызывать в прокуратуру и задавать одни и те же вопросы по второму разу, не угрожает самыми лучшими адвокатами, которых может нанять его брательник, – в общем, ведет себя странно. Те, кто виновен, обычно стараются продемонстрировать праведное возмущение незаконными действиями правоохранительных органов, а уж те, кто невиновен, – тем более, а этот сидит молча, смотрит прямо, но без вызова в глазах, и на лице такое безграничное терпение, как у хронических больных в очереди на прием к врачу, которые давно уже привыкли, что народу всегда много и сидеть в этой очереди приходится регулярно.

– Итак, гражданин Филановский, давайте снова вернемся к ночи убийства. Вы были в клубе, так?

– Совершенно верно.

– Когда вы туда приехали?

– После девяти вечера. Я время не засекал. Ближе к десяти, кажется.

– Вы приехали с потерпевшей?

– Да, я приехал с Катей.

– И с ней же и уехали, – на всякий случай уточнил Огнев.

Все это он уже слышал, когда Филановского допрашивали после обнаружения трупа, и теперь Виктор Евгеньевич просто тянул резину, выискивая в разговоре дыру, в которую можно было бы протиснуться с каверзными вопросами.

– Да, мы уехали вместе. Это естественно, ведь Катя жила у меня.

– Как давно вы сожительствовали?

– Больше года.

– Из-за чего конфликтовали?

– Да мы, собственно, и не конфликтовали с ней, – Филановский пожал плечами. – Что нам делить?

– Ну, например, вы жениться не хотели, а девушке замуж пора. Нет?

– Нет. Кате нужен был совсем другой муж, она просто жила со мной и ждала, когда на горизонте появится кто-нибудь подходящий.

Ага, уже тепло. Значит, Филановский знал, что потерпевшая его не любит и использует как перевалочный плацдарм. Оскорбленное достоинство, ревность… Хорошо!

– И вот он появился, – вкрадчиво произнес следователь.

– Пока нет.

Н-да, разговорчивым этого типа никак не назовешь.

– Тогда из-за чего вы начали ссориться по дороге домой?

– Катя говорила гадости о моем брате. Мне это было неприятно. Я просил ее прекратить, но она все больше входила в раж… Виктор Евгеньевич, вы можете спросить об этом у водителя, который нас вез. Он все слышал."

"– Я спрашивал, – улыбнулся Огнев. – С его слов получается, что ваш брат ухаживал за вашей подругой, причем с самыми серьезными намерениями, она вам об этом рассказала в машине, и вам это очень не понравилось. Так было?

– Да, так. Только мне не понравилось не то, что брат за ней приударил, а то, что Катя говорила неправду.

– То есть? – вздернул брови следователь.

– Саша не делал этого. Он не мог.

– Откуда такая уверенность?

– Я знаю Сашу. Это не в его правилах. Он никогда не ухаживал за моими подругами, а я никогда не засматривался на его женщин. Это невозможно в принципе, понимаете?

– Не понимаю.