2
0- Отчего тебе в жизни не везет?
Дослушивать я не стала, захлопнула дверь и помахала на прощание рукой.
- Оттого не везет, - забубнил Палыч, - что каждый норовит на хребтину влезть.
- Ты хоть не зуди, - подхватив его под руку, попросила я.
- А я что, я как скажешь…Хочешь споем?
- Давай.
Мы направились к подъезду, затянув негромко «Раскинулось море широко».
- Дед твой, царство ему небесное, очень эту песню уважал, - поднимаясь по лестнице, заметил сосед, - Бывало, как выпьет…
- Похоронили по-людски?
- А то как же. Дед твой Нинку хорошо знал, оттого кончину свою препоручил соседке.
- Бог с ней, с Нинкой… На кладбище завтра съезжу. Поедешь со мной?
- Конечно. Возьмем бутылочку, помянем моего дорогого усопшего друга Игната Мартыновича… Вот уж кто выпить любил, но и дело знал. Знал дело, скажу я тебе."
"Палыч вошел в квартиру, запер дверь на засов, посмотрел на меня заговорщицки и, взяв за руку, повел в кухню
- Нинка-то твоя жаднющая, да, слава богу, без царя в голове, а Игнат Мартыныч мужик обстоятельный, любимую внучку без копейки не оставил.
- Куда? - удивилась я.
- В темнушке, на верхней полке, за ящиком тайник. Полезай, да пошарь там, ручку нащупаешь. Со старых времен тайник, не знаешь, так ни в жизнь не найдешь.
Я влезла на табурет, принялась впотьмах шарить рукой и в самом деле обнаружила в стене металлическую скобу, потянула ее и сунула руку в тайник.
- Ну что? - спросил Палыч удовлетворенно, - Нашла?
- Нашла, - кивнула я, передавая ему два свертка в старых наволочках. В одном были бронзовые часы, в другом статуэтка из мрамора.
- Там и адрес есть, куда отнести, за большие деньги у деда эти вещи просили, для тебя берег.
- Спасибо тебе, - глядя на багровую физиономию своего соседа, сказала я.
Если бы могла, то непременно заревела бы в ту минуту. Мы обнялись. Палыч похлопал меня по спине и сказал со вздохом:
- Ждал я тебя. И барахло это душу-то тянуло, а ну как свистнет кто, я ведь пьяный - дурной… Теперь все, слава богу, волю покойного исполнил и тебя увидел. Ты. Виталька, хочешь смейся, хочешь дураком зови, а ведь кроме тебя… Ладно, сама знаешь…
- Знаю, - кивнула я.
Палыч шмыгнул носом и торопливо отвернулся.
Мы еще выпили, доели картошку, я убрала наследство в тайник и вымыла посуду. К этому моменту сосед задремал, облокотившись на стол, я проводила его в комнату на видавший виды диван, достав из шифоньера подушку и одеяло. Пять лет назад у Палыча был телевизор и холодильник, теперь же из мебели только необходимый минимум, а шифоньер вообще пустой.
