10
0За мамашей, придерживая пышное платье вплыла Вероника, точно с таким же, как у мамаши, недовольным выражением лица. Кто-то настроение маме с дочкой испортил…
— Павлуша, давай помогу снять курточку! — донеслось из раздевалки. Знакомый голос! Кольки Фомина!
— Коля, мы сами прекрасно справимся! Малыш, дай медвежонка тете, мы разденемся, она нам вернет. — голос Колькиной мамы — Натальи Николаевны! Миллион лет ее не видела! Замечательная женщина, как же здорово, что она тоже здесь!
— Настена, присядь на скамеечку, Павлик, садись рядышком с сестренкой, я вас сфотографирую!
Колькин отец — Петр Сергеевич. И он приехал на детский праздник! Вот это сюрприз!
— Настенька, расправь платье! — звенит голос Лили. Счастьем звенит….
Бросаю взгляд на мамашу Вероники. Губа у нее, еще сильней оттопырилась.
Неужто, чужое счастье поперек горла встало?
От противной мамаши, отвлек громкий рингтон. Оборачиваюсь на звук. У Кирилла зазвонил телефон, прервал его оживленное общение с Егоркой и Игорьком.
— Привет Глеб! Уже в направлении Истры? Подойдешь на ресепшн в центральном корпусе, там тебя сориентируют. Глеб, я на некоторое время, звук отключу. У племянника в садике утренник. Наберу, как закончится. Хорошей дороги.
Кирилл договорил, убрал в карман трубку, что-то сказал Егору, шагает в мою сторону.
— Ух ты! — восхищенно восклицает Егоркин приятель Игорек.
Морда Вероникиной мамаши кривится.
В группу впорхнула Настя…. На девочке, необыкновенно красивое платье, голубоватого цвета, по подолу пышной юбки, звездочки серебряные вышиты. Волосы собраны, украшены серебряной диадемой. Кружевные колготочки, словно из снежинок сплетены, на ножках, мягкие кожаные туфельки белого цвета.
— Ален, у тебя такой вид, как будто ты собралась завизжать от радости, — шепнул добравшийся до меня Кирилл.
— Так — то готова, но боюсь перепугать окружающих, — эхом откликнулась я.
И тут, в дверь заглянула Ирина Григорьевна, попросила гостей и родителей проследовать в музыкальную комнату…
17
Музыкальная комната достаточно быстро заполнилась детьми и гостями — зрителями. Покуда я обменивалась приветствиями с родителями Коли Фомина, и сестрой его Машкой, которую тоже сто лет не видела, а Кирилл знакомился с сияющим, как новая юбилейная монета Фоминым, гости заняли расставленные в два ряда стулья. Нам достались места неподалеку от рассевшихся на маленькие стульчики, воспитанников детского сада.
С интересом наблюдаю за нетерпеливо ерзающей, нарядной малышней.
— У нас еще будет гитара! Тети Маринин жених принес! — гордо заявляет малюсенькая ярко рыжая девчонка в костюме лисички.
— Круто. А кто на ней сыграет? — крутя головой, интересуется Игорек Виноградов.
— Он и сыграет! Кто же еще? — фыркает забавная рыжуля.
