10
0
А нам, всё равно, а нам, все рано! Пусть боимся мы волка и сову!
Еще несколько нестройных детских голосов присоединились к песне.
14
— А дубы колдуны, что-то шепчут в тумане,
У поганых болот, чьи-то тени встают.
Косят зайцы траву, трын траву на поляне….
Самозабвенно выводит Егор.
А нам всё равно! А нам всё равно!
Горланят воспитанники группы. Судя по топоту, они еще и приплясывают…
— Дело есть у нас, в самый жуткий час,
Мы волшебную косим трын траву,
Безбожно фальшивя, хору зайцев, подпевает Кирилл Михайлов.
Дурдом.
Я расстегнула пальто, размотала шарф. Напряженно вслушивалась: не раздастся ли из музыкальной комнаты, звук характерный упавшему в обморок телу? Вдруг кто-то из воспитателей не выдержит и рухнет, под впечатлением от хора мальчиков — зайчиков?"
"К счастью, обошлось без последствий, песня закончилась, я выдохнула и расслабилась. Почти расслабилась. Егор еще что-то “О дружбе” собирался спеть….
Меж тем, зайцам активно захлопали.
— Хватит кланяться, уходите со сцены! Теперь снежинки танцуют! Ирина Григорьевна, скажите им! — возмущается какая-то девочка.
— Ничего не снежинки! Теперь Игорек Виноградов из старшей группы, прочитает стих! Про елку! — звенит голосок ведущей — Лизы Никитиной.
— Я не хочу стих! Я тоже песню старинную знаю! Такую бабушка папина поет! Она вообще про зиму! — громко заявляет Игорек, и без аккомпанемента, во весь голос:
— У леса на опушке, жила зима в избушке,
Она снежки солила, в березовой кадушке!
Па-та-лок! Ле-дя-ной! Дверь скре-бу-щая,
За шур-ша- вый спиной,
Тьма ка-лю- чия…..
— Я тоже знаю песню! Лучше, чем эта! Ирина Григорьевна, можно? Про Новый год? — кто-то нетерпеливый, прерывает пение Игорька.
— Мальчики, прекратите толкаться! — подает голос воспитательница.
— Новогодняя! — выкрикивает мальчишка и тут же, не меняя тона речетативом:
— Танцуем мы под елкой!
А может, под сосной!
Обидно только, нет сейчас Снегурочки со мной!
Мы вместе шли с Камчатки! Она ушла на…,
Исполнителя прерывает выкрик воспитательницы:
— Аркаша! Сядь на свое место! Дети! Мальчика, присядьте на стульчики!
Девочки снежинки, вставайте в пары!
Задвигались стулья, потом, послышалась какая-то возня.
Вероника! Вероника, что ты делаешь? Почему Настя плачет? — Ирина Григорьевна переходит на повышенный тон.
И тут. Капризный девчоночий голос:
— Моя мама сказала, что Настина мама, самая последняя за подарок деньги отдала. И еще, что своим страшным платьем, Настя опять все испортит! И еще, Настя на полднике, половину булки в карман спрятала! Она всегда прячет, а потом отдает своему младшему брату! Я хочу в первой паре стоять, у меня красивое платье, как у принцессы! Зачем Настьку первой поставили? Она… Она ниже… Нище… Нищебродка!
Я замерла.
