10
0
— Сорвали два погона — считается убитым!
Сорвали один — значит ранили! Убитый совсем из игры выбывает, раненый имеет право отправляться в мед сан часть! Ползком, например!
— Ползком? Это еще зачем? Пусть идет себе спокойным шагом, всё равно из игры выбыл!
— Людочка! Ты сама себя слышишь? “Раненым” значит ползти, а “убитым”, что прикажешь делать? Лечь на снег и скрестить на груди руки? И вообще! Ваше дело в убежище прятаться! Отбиваться от нападающих!
— Мы то, да не отобьемся? Ха! Кто с мечом к нам придет, тот без меча, поползет обратно!
— Ага. Скажи еще: — “Кто обзывается, тот сам так называется.”
— Это ты к чему, сейчас выразился?
— Ни к чему. Цитирую. В детстве так говорили….
— Татьяна, сделай ему замечание! Чтоб, поосторожней с цитатами!
— Сереж, поосторожней с цитатами. В следующий раз не копируй выражение лица того, кого цитируешь.
— Ладно, мам, не буду копировать. Вообще прикинуть молчаливой рыбой.
— Правильно! Прикинься камбалой Серега, и шлем мне отдай!
— Артем, отвали! Не протягивай загребущие руки к моему шлемофону!
На этом моменте, Кирилл приподнял брезентовый полог, пропустил меня вперед и сам, следом за мной, шагнул внутрь палатки.
— Вот и сладкая парочка! Что-то быстро вы нагулялись, — беззлобно подколол рыжий Глеб.
— Гуляли бы дольше, да лось помешал прогулке, — в тон Глебу, пояснила я.
Народ потеснился за столом, нам с Кириллом налили в кружки остатки уже не горячего чая.
Разговор перетек в спокойное русло, без выкриков и гогота.
— Кто-то должен остаться, присмотреть за малышней, вместе с аниматорами. Всё-таки целый день в лесу проторчим. — задумчиво произнесла Людмила.
— Мои родители приедут часам к десяти. Их можно попросить взять под контроль малышей. — предложила я.
— Мы с Элеонорой Матвеевной, обсуждали этот вопрос. Не волнуйтесь, дети будут заняты всяческими спортивными играми на свежем воздухе. Элеонора Матвеевна на этот случай целую программу придумала, — сделав из кружки глоток, проговорила Татьяна."
"— До темна необходимо вернуться. Катанье на тройках на восемнадцать тридцать запланировано, — оглядев присутствующих поведал Михайлов старший.
— Ален, ты как относишься к катанию на тройках? — шепнул мне Кирилл.
— Хорошо. Наверное. Ни разу не каталась. Хотя… Когда была маленькая… Я мечтала прокатиться на настоящей тройке белых коней, чтоб с колокольчиками и сани расписные… Какую-то сказку мне бабуля читала, вот мне и хотелось побывать в той сказке…
— Здорово. — откликнулся Кирилл.
Надо же. Мне вдруг детские мечты вспомнились… И такое ощущение, будто стою на пороге чего-то сказочного…
— Знаете что! — Людмила хлопнула ладонью по деревянной столешнице, — я тут подумала….
Народ напрягся.
