2
0Но для того чтобы люди могли полюбоваться на них, он заказал дубликаты из абиссинского золота[81] у одного талантливого, но ещё мало известного ювелира. Внешне они не отличаются от настоящих. Позже у меня купили дорогое немецкое пианино, и я пытался протелефонировать ему, что готов рассчитаться. Но трубку никто не взял, и вскоре я узнал о его трагической смерти.
— А вы не могли бы дать мне адресок того ювелира? Здесь же нет никакой тайны.
— Да, это начинающий мастер. У парня золотые руки, но пока ему приходится перебиваться подобными заказами. За всю работу он взял с Верещагина сущие копейки, что-то около семидесяти рублей и за материал пятнадцать. Я уже рассказывал об этом полиции… Ювелир этот, чтобы свести концы с концами, ещё и певчими канарейками занимается вместе с братом. Где-то я видел их объявление в газете. Подождите.
Адлер покопался в ящике стола и вынул «Донскую пчелу».
— Ага, вот нашёл. Возьмите.
Клим пробежал глазами по строчкам и, рассмеявшись, прочёл:
— «Продаём канареек хорошего напева, которые поют днём и при огне, а также большой выбор заводских самок. Также продаются жаворонки, поющие канарейками. Обращаться в Ростове в дом Брановского нумер три на Московской улице. Братья Синицыны, Андрей и Тимофей».
— Вам нужен Тимофей.
— Благодарю. Мне это очень поможет.
— Надеюсь. А что касается наконечников, то вы абсолютно правы. Такого наконечника у Верещагина не было. Я видел у него киммерийские, с родовым знаком — тамгой, а этот относится к скифскому периоду. Он сделан из сплава меди и мышьяка для получения бронзы. Скифы были замечательные мастера горнорудного дела. Это не боевое остриё, а охотничье. У боевого задача простая — проникнуть, как можно глубже. Шип же позволяет стреле прочно войти и закрепиться в плоти. Даже если раненая птица или зверь скрылись в траве, то добычу будет совсем нетрудно отыскать по кровавому следу, ведь рана остаётся открытой и кровоточит. Я видел у Виктора Тимофеевича ещё и плоские наконечники, изготовленные из куска самородной меди, когда древние охотники, жившие в наших краях, использовали метод холодной ковки, а проще говоря, расплющивали маленький кусочек металла, потом затачивали и вставляли в древко.
Ардашев задумался на миг, а потом спросил:
— Выходит, убийца, взломавший стол Верещагина, завладел бутафорскими монетами?
— Судя по рассказу судебного следователя, это так. Да и деньгами, я уверен, он не особенно разжился. Покойный почти не держал дома крупных сумм. Доверял только банку.
— Многие так считают.
Адлер сунул в рот уже потухшую сигару. Пожевав её, он вымолвил:
— Вы можете доверять мне полностью. Поверьте, я так же, как и вы, считаю, что убийца должен быть найден.
