10
0
Мосин вскрыл перевязочный пакет и стал им тампонировать раневую полость, с силой прижимая образуемую тампонаду.
- Сейчас сделаем… - сказал он.
Трофимов по рации доложил «Скифу» о ранении Сенотрусова, добавив слово «тяжёлый», наивно полагая, что это сможет ускорить эвакуацию замполита на фоне той массы раненых, которая сейчас ждала вывоза непосредственно с поля боя.
- Промедол! – твёрдым голосом потребовал фельдшер.
Трофимов достал свой шприц-тюбик с наркотическим обезболивающим. Дима быстро вколол его в ногу раненого, затем стал бить замполита по щекам, распознавая признаки утраты сознания.
- Не уходи! – приказным тоном потребовал Мосин, потом повернулся к Трофимову: - Возьмите его за руку, товарищ майор! Сохраняйте с ним словесный контакт!
Юра поспешил выполнить указание медика, с ужасом почувствовав, насколько холодна была ладонь Александра.
- Саша, держись! Сейчас будет эвакуация!
Глаза раненого стали закатываться. Он то сжимал, то отпускал руку.
- Соня… Соня… - глаза его широко раскрылись, он посмотрел на Трофимова: - Юра, не бросай меня…
- На дорогу! – вдруг Трофимов понял, что нужно делать.
Именно по дороге будут возвращаться машины, выехавшие на эвакуацию раненых, и только там можно быстрее всего добиться доставки Сенотрусова на этапы квалифицированной медицинской помощи.
Раненого переложили на плащ-палатку, подхватили, понесли.
Пройдя метров двести, внезапно наткнулись на свою БМП-3, на которой ночью приехали сюда воевать. Машина горела, извергая из себя клубы чёрного дыма, через открытые кормовые и верхние башенные люки вырывалось пламя. Доносился запах горящей соляры, масла, пороха и жжёного мяса. Потрясённые гибелью экипажа, бойцы молча продолжили свой путь – в подкатывающей апатии и безразличия от череды смертельных событий."
"Впереди послышался шум мотора и вскоре появился БТР-82, на котором сидел командир гранатомётного взвода. Юра вспомнил его позывной - «Пламя». Махнул рукой. Бронетранспортёр остановился – на крыше машины лежало несколько человек – раненые и погибшие.
«Пламя» с брони протянул руку, хватая Сашу Сенотрусова за одежду – совместными усилиями его закинули на крышу бронетранспортёра.
- Как там? – спросил Юра, кивнув в сторону боя.
- Жопа, - «Пламя» дал короткую, но всеобъемлющую оценку тактической обстановки.
Вместе с раненым Трофимов отправил фельдшера и Рината, мог бы и кого-то ещё посадить, но свободных мест больше не было. Как только БТР удалился, начался артиллерийский обстрел, и всем пришлось бежать в ближайшую лесопосадку, где были окопы.
Через час Юра увидел едущий в сторону боя БТР-82 и вышел, обозначая себя отчаянным маханием рук. На броне сидел взводник из шестой роты с позывным «Фасоль».
- Товарищ майор, что у вас? – спросил он, узнав Трофимова.
