Бывшие. Хочу тебя себе (СИ)

- Пристегнись, - он командует, а до меня только сейчас доходит, что я на нервах забыла. – Где ты живёшь?

- Там же где и раньше.

- Понял.

Вот и поговорили.

Мы едем в тишине, он даже музыку не включил. Редкий свет уличных фонарей попадает в салон машины до названия которой я так и не додумалась.

С такими деньгами… зачем ему я? Ни силиконовых губ, ни наращённых волос до попы. Фигура тоже средняя. Правда после родов чуть увеличилась грудь.

Неприятно царапает мысль о том, что я для него – просто победа в сексе. Переспит с дурнушкой из маленького, бесперспективного городка и похвастается друзьям."

"А я останусь с разбитой вдребезги душой. Потому что мои чувства к нему я вырывала у себя из сердца на живую. Со слезами. Я безумно его любила, и отголоски той самой первой неправильной любви до сих пор меня мучают.

Вот кто такой Демид Адаров. Моя первая, неправильная любовь...

Ловлю себя на том, что при свете фонарей смотрю на его руки. Как они сжимают руль. На костяшках несколько мелких шрамов, те раны я когда-то обрабатывала собственноручно.

Ведь получил он их в драке за меня.

- Я в разводе.

Вдруг нарушает тишину он, и, впервые отрывая взгляд от дороги, смотрит на меня. Глаза в глаза. Будто ему важна моя реакция.

- Зачем ты мне это говоришь? – произношу смело, а у самой сердце бьётся аж в горле.

- Ты смотрела на мои руки. Я без кольца.

Он снова смотрит на дорогу.

Я нервно сглатываю. Точно, на нём нет кольца. Но ведь у мужчин это что-то вроде стандартной практики – кольцо в карман и вперёд навстречу любовным приключениям.

Но он ведь мог сразу заявить о разводе. Козырнуть, так сказать, для наибольшего эффекта. Почему только сейчас?..

Мы заворачиваем во двор дома, где находится моя старая однушка. Он медленно подъезжает к нужному подъезду. Я сразу же отстёгиваю ремень и покрепче сжимаю ручки сумки, что на коленках.

Адаров приехал сюда по памяти. И не забыл же.

- Спасибо, что довёз, хотя я не просила. Телефон отдай, и я пойду.

Протягиваю руку. Он достаёт из кармана мой мобильник и кладёт его в мою ладонь.

Ничего не говоря, пихаю телефон в сумку и начинаю открывать дверцу машины. После своих домогательств он не заслужил от меня благодарственных речей! Перебьётся.

Дёргаю ручку, та никак не поддаётся. Что за машина такая? Может, она открывается каким-нибудь супер-пупер способом, о котором простым смертным неизвестно?

- Ручку заклинило, - поворачиваюсь к Адарову и по одному только выражению его лица всё понимаю.

- Не заклинило, - отвечает он, регулирует своё сиденье и то плавно отъезжает назад. – Пригласишь меня к себе?

- Никогда. Ни за что. Ни при каких условиях. Теперь выпусти меня и катись на все четыре стороны!

- Так не интересно, - он откидывает голову на спинку сидения и похлопывает себя по коленкам. – Мы выяснили, что ты свободна.