1
0
Останавливаюсь у кондитерской и покупаю два стаканчика какао.
Бред какой. Сколько нам лет? Ну куда сейчас это какао?
Но потом замираю. Надо же. Только сейчас я осознаю, что не пил его тринадцать лет. Тринадцать, мать его, лет! Как-то этот напиток ассоциировался у меня только с Тами.
Паркуюсь у галереи, беру два картонных стаканчика, выхожу.
У стеклянных дверей останавливаюсь.
Внутри все освещено, а на улице темно, меня не видно.
А вот мне отсюда все видно прекрасно.
Тамилу. И ее врача, Владимира. И то, как он прижимает ее к себе, а она устало улыбается, упираясь лбом ему в грудь.
Вот так я понимаю, что в жизни Тами я просто зритель, прямо как в галерее. Смотрю на бывшую жену, как на красивую картину без малейшей возможности интегрироваться внутрь.
Ставлю ее стакан на уличный подоконник и возвращаюсь к машине.
Глава 7. Просто ребенок
Тамила
— Прости, что в последнее время не получается встречаться чаще. На работе просто бесконечный поток пациентов, а второго травматолога пока не нашли.
Вова разрывается меж двух работ, совмещая частную практику с государственной.
— Я все понимаю, Вов.
— Так досадно, что у меня не получилось приехать к открытию.
— Брось, — отмахиваюсь. — Сколько их еще будет, этих выставок. Самое главное, что ты приехал после.
— Я спешил как мог, — улыбается мне.
— Не стоило, Володь, правда. Лучше бы поехал домой, отоспался.
Выходим из галереи. Я ставлю помещение на сигнализацию, запираю дверь.
— Ты посмотри, какие свиньи! Вроде центр города, а гопников ничего не останавливает, все равно бардак разводят.
Он поднимает картонный стаканчик с подоконника окна моей галереи и выбрасывает его в урну неподалеку.
Всю дорогу до дома Вовы обсуждаем выставку. Он паркуется у своего многоквартирного дома, обходит машину, помогает мне выбраться, берет за руку и ведет за собой. В лифте набрасывается на меня с поцелуем, горячо шепча:
— Не могу больше ждать, Тамилочка. Как же я скучал по тебе.
Вваливаемся в квартиру, спешно раздеваемся, привычно идем к кровати. Горячие поцелуи, нежные касания, ласковые слова — и мы падаем на спину, тяжело дышим. Все заканчивается так быстро, что я даже не успеваю это понять.
Володя спешит в душ.
— Ванная свободна, беги, — чмокает меня в висок."
"Я нехотя поднимаюсь, иду в душ. Становлюсь под теплые капли. Ловлю себя на мысли, что хочется другого. Настоящей близости, а не отточенной механики. Чтобы нежиться в кровати, зацеловывая любимого до красных пятен, чтобы мыться вместе, параллельно распаляя друг друга еще больше, заводя, выжимая. Чтобы несдерживаемые стоны и мушки перед глазами.
Опускаю руку, ласкаю себя, потому что с Вовой не вышло.
