Бросок из западни

Американцы очень любят деньги, для них любой способ зарабатывания денег оправдан, является нравственным поступком. Это просто деловая жилка. Ну, у Тидемана при себе не могло быть столько денег. Отобрали бы при обыске, прежде чем сажать в камеру. Помощник, сочувствующий, агент. Конечно! Солдат сопровождения оказался сочувствующим американским фашистом? Почему солдат, сразу уж летчик! Летчик решил спасти Тидемана. И поэтому полетели куда? А куда лететь, чтобы спасти немца? Ближе всего Япония, и там Тидеман мог получить защиту, помощь, связь со своим начальством и возможность возвращения на родину.

Шторм был, был этот дурацкий ураган? Японцы не могли не знать о нем. У них есть метеорологическая служба, они ведут боевые действия в этом регионе, в океане, самолеты летают. Обязательно знают. Направление, силу ветра, силу порывов ветра.

Сосновский поймал себя на том, что он сидит и улыбается. «Отто Тидеман», – произнес он по-немецки вслух. И добавил: «Скверно японцы обращаются со своими союзниками». С этой минуты Сосновский запретил себе говорить по-русски. Только по-немецки, даже во сне.

И думать тоже. Привыкай, дружок, к тому, что ты теперь немец! И поворачивай голову, когда услышишь свое имя или фамилию. Или просто похожие слова. Интересно, а есть здесь немцы? Если нет, это хорошо или плохо? А если есть? Как это расценивать?

За толстой деревянной дверью послышались голоса. Говорили по-японски. Потом тихо лязгнула железная задвижка, и дверь отворилась, пропустив в пещеру тусклый электрический свет. На пороге появился японец, судя по петлицам, где два широких красных просвета с двумя звездочками красовались на желтом поле, это был младший офицер, наверное, что-то вроде лейтенанта.

За спиной молодого офицера торчал столбом солдат с винтовкой и примкнутым широким штыком. Офицер что-то приказал и сделал жест подняться и выходить. Ну, вот сейчас что-то и решится в моей судьбе, подумал Сосновский, стараясь не очень торопиться и всячески изображать немощь. Как бы все ни повернулось, даже если придется сражаться, то пусть они меня недооценивают. Успею больше врагов убить, даже если мне отсюда и не выбраться.

Каменный тоннель, по которому вели Сосновского, показался ему странным. Много досок, балок. Скорее всего, это не пробитый в скале коридор, а большая пещера, перегороженная деревянными стенами на отдельные помещения. Здесь даже имелся деревянный потолок. Видать, меня ведут к командованию. По крайней мере, ясно, что здесь обитают высокие чины. И если сюда завезено столько строительных материалов, то на острове не просто рядовой военный объект. Здесь что-то очень важное, стратегически важное.