0
0Ты ему дала?
— Нет, что вы. Его так друг называл, ну и я… но больше мысленно. Но ему идет, знаете. Иногда от него такой холод…
— Так вот и растопи, милая.
Если бы я могла… Если бы все было так просто.
Людвиг появляется через десять минут. От его вида в смокинге у меня перехватывает дыхание. Он хорош невероятно. Обычно его прическа небрежная, волосы, длиннее обычного, и всегда взлохмачены. Хотя мне нравится, эта небрежность ему очень идет. Но сегодня волосы лежат идеально. Он явно тоже побывал в салоне.
Его взгляд на меня… обжигает. Он как сканирующий луч проходит по мне сверху донизу.
Глава 19
Если внутри и была надежда, что мое преображение что-то изменит между нами, то она быстро испарилась. Лёд выглядел ещё более хмурым, сосредоточенно-задумчивым чем обычно. И молчаливым. За время поездки не произнес ни слова."
"Ну а чего ты хотела — чтоб как в сказке «Золушка» — увидел, влюбился и свадьба дети? Глупо мечтать, Настенька, все что движет сейчас этим богатым и пресыщенным мужчиной — лишь чувство вины…
Вздохнув решаю для себя больше не расстраиваться мыслями о Людвиге, в конце концов, мне интересно побывать на местной свадьбе, посмотреть их обычаи… я была лишь на одной — в своём посёлке. Мне тогда было лет тринадцать. Сначала было весело, потом все напились, началось выяснение отношений, а потом и вовсе драка, стало даже страшно, я убежала домой. Тетке тогда, помню, фингал поставили, она всегда в любом скандале лезла в самый эпицентр.
* * *Машина подъезжает к роскошному отелю, на который смотрю с восторгом маленькой провинциальной девочки, впервые попавшей на настоящий светский бал. Лёд первым выходит из машины и галантно открывает мне дверцу.
— Спасибо, — протягиваю ему руку, и снова заглядываю в лицо, может хоть немного оттает?
Но Людвиг по-прежнему хмур и сосредоточен. Начинаю волноваться, может случилось что у него на работе? Я немного узнала о личности Людвига и начала уважать его. Сам всего добился, вот уж не могла о таком подумать… Ни богатых родственников, родители погибли. Вдвоем с дядей кое-как перебивался. Потом, когда дядя оставил Людвигу ресторан, старый и обшарпанный, где в меню была лишь яичница да сосиски. Но Лед с этого ресторана начал свою империю. И сейчас вкладывал силы чтобы его восстановить — именно этот ресторан недавно горел. Лёд очень переживал, это его память, его истоки.
Я во многом видела наше сходство, особенно то что мы оба без родителей росли…
В фойе отеля полно гостей в вечерних нарядах. К нам подходит мужчина, представляется распорядителем и спрашивает наши пригласительные. Лёд отдаёт их ему.
— Ты подожди меня здесь, надо несколько звонков сделать, — с этими словами, бросив меня одну, Лёд уходит, а я, смущенная, топчусь с ноги на ногу и разглядываю гостей.
