Босс на одну ночь

Но я почему-то была уверена в одном — когда Лёд сочтет, что мой долг погашен, он сразу отпустит меня. Откуда взялась такая уверенность — не знаю…

Снова оставшись в одиночестве, неприкаянно брожу по номеру. Бьерн приносит обед, но я почти не притрагиваюсь, хотя все выглядит ужасно аппетитно.

Вскоре дверь открывается — мой хозяин вернулся. Мрачнее тучи.

— Как ты? — спрашивает глухо.

— Нормально, — пожимаю плечами. — Долго вы меня еще будете взаперти держать? Или это работа такая?

— Нет, не долго. Мы уезжаем. Пошли.

— Из гостиницы? Куда?

* * *Лёд так и не ответил, куда мы едем. Сказал взять все свои вещи — пакет, который мне принес утром, больше у меня и не было ничего. Меня охватило странное предчувствие, тревога, но я понимала, что смысла бесконечно задавать один и тот же вопрос нет. Лёд с каждой минутой мрачнел все сильнее, словно произошло что-то очень плохое. Но держал эмоции при себе — настоящая ледяная глыба, оправдывая в который раз свое прозвище. С нами в машине ехал и Бьерн, но я понимала, что и его бесполезно спрашивать. Отвернулась к окну, постаравшись отвлечься от все возрастающей паники. Что они задумали?

Машина остановилась, и увидев в окно несколько самолетов, понимаю, что мы на аэродроме, по всей видимости — частном.

— Что происходит? — не выдерживаю и задаю вопрос.

— Мне надо срочно вылететь домой, и ты едешь со мной.

— Куда?

— В Амстердам.

— Что? За границу? Я… я не могу. У меня же паспорта нет. Разве не нужен загранпаспорт? Да и еще, наверное, бумаги какие… Я просто не понимаю, зачем вам это нужно. Я не хочу! Такого договора не было!

Оказаться вдали от родины означает попасть в абсолютную зависимость, настоящее рабство. Нельзя, ни в коем случае допустить этого. Здесь у меня всегда есть шанс убежать, позвать на помощь. Там… я стану абсолютно бесправной. А вдруг это и был изначальный план? Вспоминаю разные истории про секс-рабынь, который читала в газетах, или по телевизору видела… Тетка обожала криминальные хроники, всегда смотрела."

"Начинаю вырывать руку, которую крепко сжимает Лёд.

— Я не поеду! Отпустите меня!

— Успокойся. Тебе нечего бояться.

— Да уж, самое плохое случилось, — не удерживаюсь от шпильки, Лед в ответ морщится.

— Полиция! Помогите! — ору во всю глотку.

— Ее надо заткнуть, — испуганно кричит босс Бьерн. — Она нам все испортит.

— Что ты предлагаешь?

— У меня есть успокоительное… Я могу сделать ей укол.

Услышав это, начинаю вырываться еще отчаяннее. Возле лимузина, на котором мы приехали, происходит теперь уже настоящая потасовка. Я превращаюсь в безумную фурию. А потом чувствую боль в плече, понимаю, что меня все-таки укололи, все начинает плыть перед глазами почти мгновенно…

Очнувшись в первый момент не понимаю, что произошло.