0
0
— Напиши ему, позвони, дуреха! Узнает, что ребенка ждешь, прилетит, даже если остыл к тебе. Денег даст, вытянем сколько сможем.
Я резко и грубо пресекала подобные разговоры.
Возможно, многие женщины не поймут меня, и не согласятся с такой позицией. Ведь как ни крути — Людвиг отец ребенка… Но я не хотела от этого мужчины ничего. Ничего, кроме любви, которую, по всей видимости, он уже не мог мне дать. Потому что не искал встречи. Ни весточки от него не было, а ведь я сохранила телефон, сим-карту… В поселке уже новый приобрела, совсем простой. Звонить то по сути мне было некому, но работодатель хотел, чтобы на связи была. А тот, подаренный Людвигом, бережно хранила, заряжала, пополняла счет…
Я пробовала, на самом деле, несколько раз звонить на номер Людвига, позабыв о собственной гордости. Но номер не отвечал… И по электронной почте, рабочей, личную я так и не успела узнать, тоже пробовала написать — но ответа не приходило… Что оставалось думать? Один вывод — Лед вычеркнул меня из своей жизни. Из-за Катерины, или нет, уже другой вопрос. Но если бы он хотел, наверное, позвонил бы мне… или хотя бы ответил на звонок.
Сейчас, спустя пять месяцев, понимаю, какой дурой была, убежав тогда. Сколько раз корила себя за это, прокручивая сцену с Катериной, снова и снова. Ничего толком не выяснила, в свои комплексы ударилась… Теперь я была почти уверена, что, Катя обманула меня, разыграла сцену, чтобы разлучить меня с Людвигом."
"Мало мне собственных мыслей и самобичевания, так ещё и тетка неустанно подливает масла в огонь, постоянно укоряя.
— Ну ты и дура, упустила такой шанс, мужика просрала на ровном месте.
Понимаю, что не следовало рассказывать тётке о той сцене, с Катькой, но больше поделиться мне было не с кем. Не хотела, но потихоньку тетка все из меня вытянула. Ну и пусть, больше ее ворчание и грубости не имели никакого влияния. Я с легкостью ставила эту женщину на место. Могла пригрозить тем, что выгоню обратно к Агафье. Тетка сразу становилась шелковой. Мне даже нравилось заниматься ее «воспитанием». Кто знает, может другим человеком станет… Хотя вряд ли.
Про Москву тетя Наташа тоже уже и не вспоминала. Про любовника, которым была так одержима, что меня выжить готова была, тоже говорить не желала. Разве что бранные слова… Ясно было одно — досталось ей по полной. Вообще мне нравилось, что я научилась с ней разговаривать жёстко и затыкать, если та снова рулить пробовала. Да и то, что не одна живу в доме, мне нравилось. Я полюбила свой новый чистый домик, всячески его украшала, делала максимально уютным, все по своему вкусу. Второй этаж требовал ремонта — минимального — побелить, обои поклеить. Мы собирались заняться этим в ближайшее время. Потом тетка туда бы переехала, а нам с малышом удобнее на первом быть.
