Босс для Гадкого утёнка (СИ)

Всё… давай, Тимур Аркадьевич, мне пора работать.

— Что-то ты раскомандовался, — ворчит босс.

— Слушай, тебе что, заняться нечем? — возмущается визажист. — Как насчёт того, чтобы пойти к себе и немного поуправлять агентством?

В конце концов Лебеда внимает логике его слов и, хмурясь, убирается из кабинета. Алекс шумно выдыхает.

— С вами обоими ума сойдешь! Честное слово, вы оба как анекдоты ходячие."

"— Лично я в этот анекдот не напрашивалась, — ядовито отвечаю ему. — Если забыл, то с твоей подачи вся эта котовасия и началась. А так я бы работала себе тихо-мирно и забот не знала…

— Ну не скажи.

Без меня Инесса тебя бы довела до нервного срыва. Она так со всеми ассистентками, душеньку мятежную на них отводит, стресс свой снимает и ЧСВ прокачивает. Ладно… давай, садись. Ну и видок у тебя, блин!

— Ага, — я с кислой гримасой плюхаюсь в кресло. — Привет, я кикимора, очень приятно.

— Ничего, сейчас из этой кикиморы девочку-огонь сделаем. А потом сразу дуй к начальству в кабинет.

— Может, не надо?

— Надо, надо. Иначе Тимур Аркадьевич нас обоих загрызет.

Волшебные руки визажиста творят чудеса.

Прическа, макияж, натурально-длинные накладные ресницы, элегантное бежевое платье до колен… и туфли. Проклятые туфли на высоченных каблуках, которые я просто ненавижу.

— М-да… — цокает языком Алекс, удовлетворённо обходя меня по кругу и разглядывая с ног до головы. — Профессионализм не пропьешь! У тебя потрясающе удобная внешность для косметических экспериментов, детка. Сам бы столкнулся с тобой в толпе, когда ты не накрашена и в своих страшных очочках… так не опознал бы. Ну, если ты ужимки свои недовольные не начнёшь делать и бухтеть, мол, отвалите от меня, ироды.

По манерам и голосу, конечно, легко проколоться… Вот что. Если столкнешься с Тимом где-нибудь случайно в своем обычном виде, то постарайся глазками не светить, они у тебя запоминающиеся. Смотри только в пол. И разговаривай потише, а то голос у тебя звонкий, как у вожатой в детском лагере. Если будешь вещать робким шепотком, то может и прокатить.

— Ладно, — ворчу я. — Но вот в таком виде я в последний раз разгуливаю! Исключительно ради тебя… и твоего обещания.

Смахиваю с лица локон, выбившийся из красивой укладки распущенных волос и медленно выхожу в коридор, изо всех сил стараясь не покачиваться направо-налево на высоких каблуках.

Иначе походка будет выглядеть не лениво-грациозной, а вразвалку, как у неуклюжей утки.

Путь до лифта занимает целую вечность. И по дороге постоянно попадаются то знакомые сотрудники, то сами модели. В лифте встречается даже подружка по детдому Ирочка, спешащая куда-то с грудой одежды в руках! Но и она не понимает, кто перед ней.