Бог Разрушения (ЛП)

Я смотрю в недовольное лицо Лэндона и инстинктивно втягиваю воздух. Этот ублюдок обладает таинственной способностью заставлять людей чувствовать себя неловко одним взглядом.

— Сосредоточивай свое внимание на мне, когда сидишь у меня на коленях.

Я чувствую, как к моей шее приливает жар, но я поднимаю подбородок.

— Я бы так и сделала, если бы ты случайно не надоел мне до слез.

— И все же я чувствую, как ты течешь мне на брюки.

В голове становится пусто. Предыдущее возбуждение каким-то образом превратилось во что-то физическое?

Нет, этого не может быть.

Лэндон просто пытается залезть мне в голову.

— Это неправда, — показываю я.

Он методично вынимает сигарету изо рта и тушит ее в самодельной пепельнице, сделанной из глины.

Затем достает влажную салфетку и вытирает обе руки, случайно заключая меня в объятия.

И делает это один раз.

Два.

После третьего раза он кладет использованную салфетку поверх потухших сигарет, заполняющих пепельницу.

Рука, обившаяся вокруг моей спины, сжимает мою талию, сильные пальцы впиваются в плоть.

Его другая рука скользит по моему платью, прежде чем он поднимает его, используя палец за пальцем, как будто разворачивает подарок.

Мое сердцебиение учащается, а мурашки покрывают другие мурашки. От вида его больших рук — конечно же, у этого засранца руки, достойные порно — на моей более бледной плоти у меня перехватывает дыхание.

В отличие от предыдущего раза, его рука не останавливается на моем бедре, а вместо этого движется все выше и выше, оставляя за собой хаос мурашек.

Часть меня знает, что мне нужно остановить это.

Но другая часть очарована. Полностью и бесповоротно захвачена монстром, который вызывает во мне эти эмоции.

Эта часть хочет увидеть, к чему это приведет и как далеко я могу пасть.

Как это будет тяжело.

Ближе всего к этому я была с Брайаном в старших классах. Он был милым, и я убедила себя, что он мне нравится, но в тот момент, когда он коснулся меня, я поняла, насколько сильно обманывала себя, желая того, чего не хотела.

Короткая встреча казалась исследовательской, невинной и мягкой.

В отличие от него, в Лэндоне нет ничего невинного. Его прикосновения притязательны, жестоки и не подлежат обсуждению.

Меня буквально держит зверь, который не знает, что такое исследование или мягкость, даже если это ударит его по лицу.

И мое тело реагирует на это.

Будь проклята я и мой поврежденный мозг.

— Ты дрожишь, — он зарывается носом в мои волосы и ленты, вдыхая меня, продолжая свой путь.