Бог Разрушения (ЛП)

Мия стоит на месте, одной рукой сжимая в кулак мой подарок, а ее глаза пылают неугасимым огнем.

Я физически сдерживаю себя, чтобы не побежать туда и не похитить ее на хрен.

И тут меня осеняет.

Причина ужасного чувства, которое я испытываю с тех пор, как она ушла из моей жизни.

Странная пустота.

Абсолютное отсутствие мотивации к чему-либо, кроме создания схем, как вернуть ее, не испортив того, что ей дорого.

Я стал категорически одержим Мией Соколовой. Мой разум отфильтровал весь мир, и все, что я вижу — это ее вызывающее лицо.

В каждом углу.

На каждой статуе.

Вез-блять-де.

И теперь, когда я снова увидел ее, последнее, что я хочу сделать, это уйти.

— Что, черт возьми, с тобой происходит? — спрашивает Брэн, как только мы выходим из вычурного особняка Язычников и оказываемся перед моей машиной.

Я выхожу из странной фазы, в которую вошел, и смотрю на неодобрительные лица брата и сестры.

Глин скрещивает руки.

— Это смело даже для тебя.

— Я никто, если не полон сюрпризов, — я ухмыляюсь и морщусь от боли, вспыхивающей во рту. — При этом мне нравится твоя преданность и слабые попытки защитить меня.

— Скорее, мы пытались защитить людей от тебя, — Глин раздраженно вздыхает.

 — Ты не можешь просто остановиться?

— Остановить что?

— Всю эта историю с Мией.

— Нет.

— Но тебя не волнуют девушки.

— Она не просто девушка, — она моя муза. Нет другого объяснения этой потребности обладать ею до тех пор, пока она не будет полностью принадлежать мне.

Необъяснимое желание, чтобы она всегда была со мной.

Доходит до того, что я не узнаю себя, когда я не с ней, и это серьезная проблема.

— Ты хочешь сказать, что не выбросишь ее, как только она тебе надоест, а это должно произойти очень скоро? — спрашивает Брэн.

— Если бы мне было скучно, то это бы уже произошло несколько недель назад.

— Но это произойдет, Лэн, — говорит Глин. — Так постоянно происходит. Тебе становится скучно, и ты причиняешь людям боль, чтобы испытать хоть какое-то удовольствие.

— Спасибо за дилетантскую психотерапию, маленькая принцесса. Но если ты хочешь сделать свои психологические опыты более реалистичными, тебе следовало бы взять своего парня в качестве подопытного. Разве он не также легко теряет интерес?

— Килл — это другое.

— В каком смысле? Ты сумела понять его, потому что он похож на меня, так почему же вдруг он стал любовью всей твоей жизни, а я — вечным дьяволом?

— Потому что ты никогда не пытался полюбить нас, Лэн! — кричит она.

 — Я знаю, что ты устроен по-другому, и никто не может изменить твою природу. Я это понимаю. Но я не понимаю, почему ты ждешь от нас, что мы будем вести себя в соответствии с теми линиями, которые ты проводишь, а когда мы ведем себя не так, как ты хочешь, ты давишь на нас, пока мы не вернемся туда, где ты хочешь нас видеть.