9
0
Лэндон убирает руку с моего горла и вытирает влагу у меня между ног, затем подносит ее к губам, шепча:
— Ты становишься опасной зависимостью, маленькая муза.
А затем он входит в меня долгими, горячими толчками.
Я могу принять это как зависимость. В конце концов, именно так я думаю и о нем.
Смертельная, необратимая зависимость, которая может подтолкнуть меня к гибели, а может и не подтолкнуть.
Глава 20
Лэндон
Вопреки расхожему мнению, которое в первую очередь высказывают мои ненавистники и те, кто имел несчастье стать побочным ущербом для моей жаждущей хаоса души, я не зверь.
Знаю, знаю. В это трудно поверить, учитывая мои анархические сюжеты, которые могут и хотят довести до слез самых ярых поклонников Сатаны.
Мой зверь отличается от того мнения, которое сложилось обо мне у большинства людей, в том числе и у моих бывших психотерапевтов.
Это не я. Это часть меня.
Мой зверь был прикреплен к моим костям с того момента, как меня зачали мои родители. Почти уверен, что наш с Брэном зверь разделился, и мне достался более громкий. Его зверя можно легко держать на цепи. Мой же убьет меня раньше, чем я попытаюсь совершить подобное богохульство.
Это может шокировать полицию по борьбе с антисоциальными беспорядками, но на самом деле мне не нравится причинять людям боль просто так, хотя все, включая мою семью и друзей, скажут вам обратное.
Правда в том, что люди, которым я причинил боль, случайно оказались на моем пути.
Я плохо реагирую на препятствия. В тот момент, когда появляется одно из них, я придумываю сто и одно решение, как его устранить, и, поскольку мне нужна анархия, я обычно выбираю самое сложное решение, которое причинит наибольший ущерб, просто чтобы я чувствовал себя в некоторой степени состоявшимся.
Настоящим.
Живым.
Я также получаю огромное удовольствие от того, что ставлю других на колени передо мной. Это сила, вызывающая привыкание, которую мне необходимо удовлетворять так же, как и потребность в хаосе.
Мой зверь легко поддается. Достаточно предложить ему немного насилия, анархии и возможной крови, и он будет золотым, нежась, как лев, в своей пещере.
Мой зверь также весьма прагматичен. В глубине своей черной души он хочет убивать в стиле серийного убийцы, и смотреть в безжизненные глаза людей.
Он обладает высокими способностями к управлению эмоциями и катастрофами, и был бы идеальным кандидатом на роль разыскиваемого убийцы-знаменитости, но никогда не был бы пойман.
Однако эта мысль так и не осуществилась и никогда не осуществится по очень простой причине. Момент удовлетворения не стоит того ущерба, который может быть нанесен на протяжении всей моей жизни при шансе в 0,01 процента, что меня поймают.
